Труба шарф для мальчика: детские шарфы для девочек и мальчиков в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Kiddyday

Содержание

Шарфы, снуды, хомуты детские, шарф-труба и шарф-восьмёрка

  • 3957СН/ХУ-Д

    158 грн.

    В наличии 1 ед.

    КупитьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 4481БЖВ/У-ХД

    178 грн.

    В наличии 2 ед.

    КупитьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917БЖВ/У+ДХ

    98 грн.

    В наличии 2 ед.

    КупитьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 4479ПДР/ХУ-Д

    178 грн.

    В наличии 1 ед.

    КупитьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 5061РЗВ/УХ-Д

    148 грн.

    В наличии 1 ед.

    КупитьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 5061БЖВ/УХ+Д

    148 грн.

    В наличии 2 ед.

    КупитьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917СР/ХУД

    98 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917РЗВ/ДУХ

    98 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917СН/УД-Х

    98 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3957БЖВ/ХДУ

    138 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3957БЛ/ДУХ

    138 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 4479БЖВ/ХУД

    178 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 4481ПДР/ХУД

    178 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 4481МРС/ХУД

    168 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 4479СН/ХУД

    178 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917РЗВБ/ХУД

    98 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 4479СР/ХУД

    178 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917РЗВА/УХД

    98 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917СРА/ХУД

    98 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 5062СН/ХУД

    158 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 5061ЧР/УХД

    148 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 3917РНЖ

    98 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • 7069СР/ХУД

    148 грн.

    Нет в наличии

    НаписатьЗаказать в 1 кликОставьте свой номер телефона и представитель компании свяжется с вами.

  • Как связать снуд труба для мальчика

    Особенности вязания снуда спицами для мальчиков

    Есть два вида снуда — в 1 или 2 оборота. Второй получится более теплым, потому что дважды оборачивается вокруг шеи. Он плотно прилегает и закрывает горло ребенка.

    В 2 оборота можно вязать как тонкими, так и толстыми нитями. Если использовать толстую пряжу для ребенка младше 8 лет, он получится слишком объемным, ребенку будет неудобно. Поэтому для шарфа в 2 оборота рекомендуют использовать нить средней или тонкой толщины.

    Шарф в 1 оборот вяжут толстой пряжей для зимы, тонкой — для осени. Такой шарф ребенку удобней надевать самостоятельно, он сразу красиво ложится и закрывает шею от ветра.

    Шарф-трубка в 1 оборот вяжут сверху вниз на круговых спицах. В конце работы его не сшивают. Можно связать обычным способом на 2 спицах, затем соединить швом.

    Внимание! Если пряжа толстая, шов будет не только мешать, но и некрасиво выглядеть.

    В два оборота вяжут на обычных спицах. Отличие в количестве набираемых петель. Модель в форме трубки по высоте больше, потому что делают отворот.

    Набор петель осуществляют стандартным образом, если нужно обозначить первую или последнюю петлю круга, нужно прикрепить булавку или привязать нить другого цвета.

    Прежде чем начать вязание, важно определиться с окружностью лица, измерить длину шеи и выяснить, как ребенок будет носить. Минимальная длина в 2 оборота — 100-120 см. Если мальчику до 4 лет, можно носить его, трижды оборачивая вокруг шеи. Совсем крохотным малышам достаточно 70 см в длину.

    Количество набранных петель варьируется в зависимости от длины и высоты. Например, высота шеи 7 см, в 1 см — 3 петли. Значит, чтобы связать снуд мальчику спицами, нужно 7*3=21. То есть набрать 21 петлю и вязать до длины 70 см. Для получения компактного изделия для взрослого мальчика в 1 оборот набирают 60-80 петель, в 2 — не менее 120.

    Снуд-труба

    Среди снудов этот вариант можно назвать самым миниатюрным. Сам по себе такой шарф-хомут представляет достаточно узкую вязаную трубу (чаще всего бесшовную), которую одевают на шею без оборотов.

    Связать его очень просто. Можно даже использовать для этого крупные чулочные спицы. Редко когда такой снуд делают со швом. Обычно это бывает в тех случаях, когда мастерице хочется сделать особый узор из горизонтальных кос по верхнему или нижнему краю изделия.

    Если сделать такой шарф-хомут чуть шире и длиннее, то он тоже может трансформироваться в капюшон.

    Для работы понадобится:

    1. Любая пряжа.
    2. Подходящие к ней спицы. Можно взять спицы на небольшой леске (60 см), либо набор из длинных чулочных спиц.

    Описание работы:

    1. Необходимо выбрать подходящий узор. Для таких снудов лучше всего подходят различные варианты резинки, либо узоры с вертикальными аранами и косами. Такой узор немного стягивает полотно и обеспечивает более надежное прилегание в области шеи.
    2. Набрать нужное число петель, замкнуть вязание в кольцо и вязать по выбранному узору.
    3. Провязать нужную высоту. Если планируется использовать данный снуд как капюшон, то можно сделать по краю полую резинку, чтобы вдеть туда шнурок. Либо просто закрыть петли.

    Узоры для снуда мальчику спицами

    Модными являются модели, выполненные вместе с шапкой в единой цветовой гамме. Такой аксессуар не стыдно подарить ребенку на праздник. Схем вязания очень много, начинающим вязальщицам рекомендуют выбирать наиболее простые. Опытные могут воспользоваться ниже предложенными узорами или придумать его самостоятельно.

    Снуд для мальчика — схемы вязания:

    Вяжется такой узор очень быстро. Смотрится красиво

    Накид делают для образования ажура

    Изделие для ребенка английской резинкой хорошо тянется

    Это отличный вариант для ребенка любого пола

    Следует провязать 10 см, чтобы определится, сколько петель нужно набрать

    Детский снуд косами спицами: узоры, схемы с описанием, размеры

    Для этого снуда Вам потребуется 100 г пряжи и спицы с номером 3. Размер готового изделия будет 42*60 см. Для получения красивого снуда Вам потребуется:

    • Наберите на спицы 184 петли и провяжите 15 раппортов.
    • Перед и после кромочной петли провяжите 1 лиц.петлю.
    • Закройте петли и соедините края.
    • Для соединения используйте шов петля в петлю.
    • Отпарьте изделие и можете наряжать ребенка на прогулку.

    Узор «Косы»

    Детский снуд

    Узор «Косы»

    Набор узором «Косы»

    Как связать снуд мальчику спицами для начинающих

    Хомут носят под верхнюю одежду или поверх нее, под капюшоны и поверх них, вместо шапки. Перед выбором модели и покупкой пряжи стоит определиться с типом модели.

    Внимание! В холодное время года нижняя часть лица должна закрываться снудом. Это следует учитывать при выборе модели и расчете количества пряжи на 1 изделие.

    Мастер-класс по вязке снуда для начинающих узором «Рис»

    Для снуда спицами для мальчика 2 года понадобится детская пряжа. Выбирают нить, которая не колется, является гипоаллергенной.

    Важно! Нельзя брать пряжу из чистой шерсти. Хорошо, если она смешана с акрилом. Тогда изделие не будет колоться.

    Высота изделия — 25 см, объем 52-55 см. Спицы круговые, диаметр смотреть на этикетке пряжи. Количество — 100 г.

    Начинающим рекомендуют вязать поворотными рядами. То есть прямым полотном. Каждый ряд заканчивают изнаночной петлей, а первую — снимают непровязанной.

    Узор «Рис» — это чередование изнаночных и лицевых. Ошибиться практически невозможно, главное, не сильно затягивать петли, вязать их с равным натяжением нити.

    Итак, как связать снуд для мальчика спицами — подробное описание:

    1. Набрать 80 петель.
    2. Первую снять на рабочую спицу. Провязать лицевую петлю, затем изнаночную. Затем чередовать их до конца ряда. Последняя — изнаночная.
    3. Второй ряд — снять первую петлю не провязывая. Вязать аналогично.
    4. 3-4 ряды — снова первая снимается, затем изнаночная петля и лицевая.

    Так вязать вверх 22 см. Оставшиеся 3 см в высоту провязывают резинкой 1:1 или 2:2. Петли закрыть.

    Для снуда спицами для мальчика 6 лет понадобится больше пряжи. Лучше сразу покупать нужное количество, пусть ее будем немного больше, чем меньше. Есть партии, которые имеют одинаковую маркировку, но при сравнении пряжа немного отличается.

    Мастер-класс по вязке для начинающих для ребенка 9-12 лет

    Снуд для мальчика 10 лет спицами вяжут в два оборота. Такая модель лучше закрывает шею, не продувает. Удобно надевать на верхнюю одежду.

    Ширина — 20 см, длина — 125 см. Высота небольшая, потому что модель в 2 оборота. Понадобятся 2 мотка ниток, иглы подходящего размера и диаметра.

    Снуд для мальчика спицами с фото:

      Связать образец по предложенной схеме.

    Это один рапорт

    Оставшиеся петли можно связать узором «Рис», просто лицевой гладью или изнаночной

    Еще один вариант снуда для мальчика спицами в видео:

    Шарф снуд английской резинкой для женщины

    Узор «английская резинка» довольно популярен. Полотно, которое связано таким узором, прекрасно держит форму. При этом шарф будет достаточно рельефным и объемным. Для работы понадобится любая пряжа толщиной около 100 г/250 м и подходящие к ней спицы № 2,5 – 3,5.

    Спицы можно брать как парные длинные (не короче 35 см), так и на короткой леске (не более 50 см). При вязании данного узора нужно обязательно связать первый базовый ряд, а потом чередовать второй и третий ряды. Узор получается двухсторонним.

    Если узор вяжется по горизонтали:

    1. На спицы набрать нужное число петель + 2 кромочные и провязать базовый ряд.
    2. Вывязывается нужная длина полотна.
    3. Полотно замыкается в кольцо и сшивается.

    Если узор вяжется по вертикали:

    1. Набрать столько петель, сколько необходимо и замкнуть вязание в кольцо.
    2. Вывязывается необходимая высота изделия.
    3. Закрыть край изделия лучше иглой или эластичным способом. Так резинка сохранит свою подвижность и не растянется со временем.

    Эластичное закрытие края без иглы:

    1. 2 петли провязать лицевой, снять одну петлю, не провязывая. Получившиеся 2 петли провязать лицевой.
    2. Снова провязать одну петлю лицевой – на правой спице будет 2 петли. Перебросить их на левую спицу и провязать вместе лицевой.
    3. Так продолжать до конца ряда. Последнюю петлю затянуть и спрятать кончик нити.

    Советы рукодельниц

    Несмотря на простоту вязания, у неопытных мастериц может возникнуть проблема с его исполнением.

    Внимание! Объемные узоры, например, косы, требуют больший расход пряжи.

    Советы от опытных рукодельниц:

    1. Выбрать подходящий цвет пряжи. Снуд спицами в один оборот для мальчика или в два лучше вязать нитями, которые по цвету отличаются от куртки. Так изделие будет смотреться красивее и выделяться. Но расцветка снуда должна гармонировать с оттенком верхней одежды.
    2. Подобрать правильные иглы для вязания. На каждом мотке пряжи указывают, какой диаметр нужен. Они должны удобно сидеть в руке.
    3. Пробник. Чтобы связать снуд просто и красиво мальчику, а еще и быстро, нужно сначала сделать пробный вариант. Рекомендуют связать узор, посмотреть, сколько см занимает 1 раппорт, затем рассчитывать количество петель.

    Вязка спицами шапка снуд для подростков: схемы с описанием

    Возьмите 2 мотка пряжи и круговые спицы с номером 4 и 5, приступайте к работе:

    • Наберите 121 петлю.
    • Снимите 1 п, дважды провяжите 2 лиц.п и 2 изн.п.
    • Далее 3 п., установите маркер.
    • После маркера 2 изн.п.
    • Перенесите маркер на другую спицу.
    • Во втором ряду сначала и до конца повторяйте 2 лиц. и 2 изн.п.
    • Повторите предыдущую последовательность еще 6 рядов.
    • Смените спицы на номер 5 и в 9 ряду провяжите 3 лиц. и 4 изн. до конца ряда.
    • Все четные ряды вяжите, как указано в предыдущем пункте.
    • В 11 ряду вяжите 3 изн.,2 лиц., 3 изн., 2 лиц., 2 изн., 2 лиц., 2 изн., 2 лиц. до конца ряда.
    • В 13 ряду лишь первые лицевые петли увеличьте на 2 шт., далее вяжите, как в предыдущем пункте.
    • 15 ряд — 3 изн.,4 лиц., 3 изн., 4 лиц., 1 изн., 4 лиц., повторяйте до конца ряда.
    • 17 ряд вяжите так, как указано в 9 ряду.
    • 19 ряд как 11.
    • 21 и 23 ряды, как 9. Повторите ряды с 9 по 24.
    • Смените спицы на номер 4 и провяжите 6 рядов так, как ряд 2.
    • Закройте петли. Снуд готов.

    Схема вязания

    Снуд для девушки Стильный снуд

    Теплый снуд

    Как правильно подобрать пряжу и спицы для вязания снудов для мальчиков?

    Детские вещи, кроме красоты и удобства, должны соответствовать требованиям безопасности.

    Поэтому нити для вязания нужно выбирать с учетом следующих характеристик:

    • Состав материала не должен вызывать раздражение кожи. Пряжа не должна подвергаться химической обработке и быть колючей.
    • Используемые красители должны быть натуральные, стойкие и гипоаллергенные.
    • Волокна должны способствовать сохранению тепла и отведению излишней влаги.
    • Вязаные вещи не должны деформироваться, давать усадку и линять.
    • Пряжа должны иметь повешенную износостойкость и не скатываться.

    Все указанные характеристики собраны в специальных линейках пряжи для детей. Производители наносят на этикетки приставку «baby» с указанием состава пряжи, ее плотности, размеров рекомендуемых инструментов для вязания.

    Снуд спицами для мальчика может быть связан из разных типов пряжи

    Среди детского ассортимента можно найти:

    • чистошерстяную овечью, мериносовую, ангорскую пряжу;
    • полушерстяные нити с добавлением искусственных волокон, которые придают эластичность и износостойкость готовым изделиям;
    • натуральные хлопчатобумажные, льняные, бамбуковые, вискозные нити;
    • синтетическую пряжу из акрила, полиэстера, нейлона, полиамида, обладающую особой мягкостью и сохраняющую тепло.

    Для детей

    Как связать шарф-хомут спицами для ребенка? Точно так же, как для взрослого: сама техника вязания ничем не отличается, просто размер будет меньше и расход материала будет небольшим.

    Можно взять специальную пряжу с маркировкой «Для детей» — она мягкая, встречаются яркие расцветки. Детские снуды делаются, как правило, с одним оборотом.

    Выбор цвета

    Родители часто выбирают для сыновей, начиная со старшего дошкольного возраста, вещи в сдержанных цветах. Для новорожденных и малышей ясельных групп подходят яркие оттенки и их сочетания.

    Актуальные цвета для вязания шарфов для мальчиков:

    • черный, сине-черный;
    • графитовый, серый, светло-серый;
    • оливковый, цвет хаки;
    • темные и яркие оттенки красного, зеленого, синего.
    • фиолетовый, баклажановый;
    • темно-желтый и оранжевый.

    Выбранный цвет снуда должен сочетаться с шапкой и верхней одеждой ребенка. При вязании комплекта, шапку и шарф чаще выполняют в одном цвете и одинаковым узором.

    Модели круговых шарфов

    Невозможно в двух словах объяснить начинающим любителям рукоделия, как связать шарф-хомут спицами. Сначала стилисты рекомендуют определиться с моделью.

    1. Укороченный круговой снуд-труба – изделие на один оборот. По высоте вяжется до мочек ушей. Он хорошо греет с холодное время года.
    2. Идеальный выбор для тех, кто не носит головные уборы. Такие модели часто заказывают связать для мужчин или мальчиков, следящих за модой.
    3. Большинство женщин предпочитает мягкие круговые шарфы, укладываемые в 2 оборота. Его можно слегка перекрутить – он красиво лежит свитера или куртки.
    4. Пышный «хомут», связанный резинкой, носят в 2-3 оборота. Это модное дополнение к модному ансамблю или обычной верхней одежде.

    Обратите внимание! Благодаря эластичности, выполненное пышной английской резинкой изделие носят по-разному – под капюшон, вместо мехового воротника, на голую шею, поверх ворота куртки или вместо капюшона, накинув второй оборот на макушку.

    Снуд крупной вязки. Эффектное изделие вяжут толстыми спицами.

    1. Его можно по-разному укладывать. Из-за объема его неудобно накручивать в 2-3 петли, но можно связать двухсторонним узором. Стандартная высота – до ушей. Отличный теплый вариант для тех, кто не любит шапки и другие головные уборы.
    2. Декоративный шарф-хомут, связанный спицами – эффектное изделие, которое вяжется исключительно для красоты. Его можно вязать из любой красивой пряжи, необычным узором или какой-либо новой технике, чтобы обыграть эстетику.
    3. Вовсе необязательно, чтобы круговой шарф был теплый. Его можно красиво переворачивать, украшать крупной брошью.
    4. Меховой «хомут» вяжется из специальной пряжи «травка». В готовом виде он выглядит роскошно, особенно когда имитирует «мех». Для этого подбирают белую серу, коричневую или черную пряжу. Носится вместо мехового воротника.
    5. Широкий шарф-капюшон вяжется на 2 оборота, вторая петля небрежно набрасывается на макушку, обрамляя лицо. Такой вариант подходит девушкам, которые не носят шапки, любят капюшоны, но они есть не у каждой куртки или пальто.
    6. Разновидности, напоминающие капюшон – «капор» и «снуд-труба». Второй вариант отличается большой высотой, но носится без оборотов. Нижняя часть ложится на плечи, верхняя обрамляет лицо, образуя складки под подбородком.
    7. Капор – тот же снуд на 2 оборота, но сшит на затылке в форме капюшона.
    8. Пелерина с хомутом – вязаное изделие, где сочетается оплечье (теплая накидка на плечи) с высоким воротом. Она может бы жестким (типа трубы) или мягким, чтобы драпировать в произвольном виде. Такие изделия можно связать поперечной резинкой, расширяя на плечи частичным вязанием (неполными рядами).

    Общее у этих моделей только одно – это круговая вещь, а не простой шарф со свисающими концами. Провязав широкую полосу, снуд аккуратно сшивают и носят так, чтобы шов не был заметен.

    Полезный совет! Из одинаковой пряжи свяжите стильный аксессуар в дополнение к свитеру, худи и кардигану. Съемное изделие выглядит вполне эффектно – пример на фото шарфа «хомутом».

    Размер шарфа, расчет пряжи

    Снуд – это трикотажное полотно, замкнутое в кольцо. Его можно носить в 1 и 2 оборота. Размер изделия подбирают индивидуально. Для этого требуется снять мерки.

    Можно воспользоваться таблицей с усредненными размерами.

    Возраст Размер снуда в 1 оборот Размер снуда в 2 оборота
    3-5 лет ширина – 15 см, длина – 40 см ширина – 15 см, длина – 80 см
    5-7 лет ширина – 18 см, длина – 45 см ширина – 15 см, длина – 100 см
    7-10 лет ширина — 18 см, длина — 45-50 см ширина — 18 см, длина — 115 см
    10-12 лет ширина — 20 см, длина — 50 см ширина — 20 см, длина — 125 см

    Чтобы определить длину снуда, нужно знать обхват головы и предполагаемый способ ношения. Если важно, чтобы хомут сидел плотно, нужно измерить обхват головы и вычесть 2-5 см. Если вязать изделие эластичным узором, снуд не доставить дискомфорта при одевании через голову. На шее он будет сидеть достаточно плотно и защитит от ветра.

    При желании носить снуд свободно в два ряда, рекомендуется сделать индивидуальный замер. Можно сделать это с помощью сантиметровой ленты или другого длинного шарфа.

    Чтобы предварительно посчитать расход пряжи для вязания нужно знать:

    • толщину нитей:
    • диаметр спиц;
    • плотность и узор вязания.

    Для точного подсчета количества нужного материала, можно сделать так:

    1. Связать предполагаемой пряжей и выбранным узором образец 5 на 5 см.
    2. Распустить деталь, измерить длину нитки и разделить ее на 25. Полученное число покажет, сколько нити уходит на 1 кв. см.
    3. Посчитать площадь снуда.
    4. Умножить длину нити, которая расходуется на 1 кв. см и умножить ее на площадь снуда.

    Расход объемных нитей для рыхлой вязки будет меньше, чем расход плотно скрученной пряжи. Расход пряжи так же зависит от рисунка. Ажур требует меньшего количество материала, чем плотная рельефная вязка.

    Для вязания нужно знать еще 1 параметр. Это количество петель, которое нужно набрать для вязания изделия определенной ширины. Для этого потребуется связать из приготовленной пряжи квадрат 10 на 10 см. При вязании нужно использовать те же спицы и рисунок, которыми будет выполняться основное изделие.

    Из полученного образца можно узнать, сколько петель входит в 1 см в длину и в высоту. Эти цифры позволяют сделать расчет нужного количества петель. Для этого длину (в см) умножают на количество петель из образца.

    Например, нужно связать шарф шириной 20 см. В связанном образце на 1 см приходится 4 петли. Для получения необходимого количества петель нужно 20 умножить на 4. Таким образом, для шарфа необходимо набрать 80 петель.

    Снуд спицами из толстой или тонкой пряжи

    В последнее время стали очень популярны шарфы-хомуты из толстой и объемной пряжи, либо из очень тонкой нити. Для вязания такой пряжей нужно выбирать простейшие узоры: платочная вязка (все петли вяжутся лицевыми) или жемчужный узор (по схеме чередуются лицевые и изнаночные).

    Жемчужный узор

    Для вязания из тонкой нити используют лицевую гладь. Здесь заворачивающиеся края играют на руку мастерицам и создают необходимый объем и воздушность.

    Для работы понадобится:

    • Толстая пряжа – не более 100 г/ 100 м. Часто встречается пряжа, которая выполнена в виде шнура или тесьмы, она отлично подойдет для работы. Состав может быть любой.
    • Тонкая пряжа – не менее 50 г/ 150 м или соответственно 100г / 300 м.

    Очень стильно смотрятся снуды из тонкой шерстяной пряжи с добавлением мохера. Спицы нужно подбирать под толщину пряжи. Для толстой нити это будут спицы начиная с размера №5, а вот для тонкой пряжи смело можно брать спицы толще, чем рекомендовано, чтобы добавить дополнительный объем полотну.

    Описание работы:

    1. Связать образец величиной 10 на 10 см и рассчитать, сколько петель соответствует 1 см. Для толстой пряжи обычно выходит, что 1 см равен 1 петле. Для тонкой – в 1 см может умещаться до 5 петель в зависимости от того, насколько толстая пряжа и спицы. Исходя из этого, нужно высчитать необходимое число петель.
    2. Для простого снуда шириной в 50 см нужно будет набрать толстой пряжей 50 петель, а тонкой — от 150 до 200 петель.
    3. Провязать необходимую длину полотна выбранным узором. При вязании жемчужного узора в первом ряду идет чередование – одна лицевая, одна изнаночная петля. А в последующих рядах над каждой петлей вяжется противоположная: над лицевой – изнаночная, и наоборот.
    4. В конце нужно соединить концы шарфа, замкнув его в кольцо. Для этого можно использовать крючок, иглу или, не снимая спиц, провязать вместе последний и первый ряды.

    Красивые модели снудов для мальчика. Схемы узоров, пошаговое описание вязания спицами

    Снуд спицами для мальчика можно связать разными узорами. Их схемы и последовательность вязания описаны далее в мастер-классах.

    Шарф с резинкой по краям для малышей

    Шарф с резинкой по краям напоминает воротник свитера. Его удобно одевать под куртку. За счет эластичной каймы из резинки шарф облегает шею и сохраняет тепло. Для удобства одевания можно сделать модель на пуговицах или кнопках.

    При вязании цельного хомута, нужно измерить голову ребенка и из полученного значения сделать вычет на облегание от 3 до 5 см.

    В работе используются нитки плотностью 100 г на 160 м и спицы №5 и 5,5 мм. Основа шарфа выполняется любым плотным узором. Новичкам лучше остановиться на рисунках, которые состоят из чередования лицевых и изнаночных петель или простых жгутов на изнаночной глади.

    Чтобы связать шарф для малыша, необходимо:

    1. Набрать на круговые спицы № 5 нужное количество петель.
    2. Связать 3 см резинкой 1 на 1.
    3. Перейти на спицы № 5,5 и вязать основным узором 9 см.
    4. Снова сменить спицы на более тонкие и сделать резинку 3 см.
    5. Закрыть петли, обрезать нить и спрятать конец.
    6. Сшить края воротника.

    Вязание снуда узором «рис» на круговых спицах

    Узор «рис» можно использовать для всего полотна изделия, а можно оформить края воротника каймой из резинки или платочной вязки. Для вязания в 1 оборот потребуется 1 моток пряжи плотностью 50 м на 50 г.

    Вязание снуда нужно выполнять в такой последовательности:

    1. Для хомута, который можно надевать поверх капюшона, нужно набрать 65 петель, а для модели под куртку – 45 петель.
    2. Связать основным узором нужное количество рядов. Если нужно получить двойной воротник или снуд с драпировкой, следует вязать изделие нужной ширины.
    3. В последнем ряду закрыть петли и спрятать конец нити.

    При желании оформить шарф каймой, нужно из общей ширины изделия вычесть по 3-5 см с каждой стороны и выполнить их рисунком резинка 1 на 1.

    Модель со шнуром для плотного прилегания

    Этот шарф напоминает спортивный аксессуар, верхняя часть которого стягивается шнурком.

    Для основного узора можно использовать вафельный орнамент. Он вяжется на основе резинки 2 на 2 с поперечными перехватами нитью. Кулиска для шнурка состоит из лицевой глади. Сам шнурок можно связать крючком, спицами или использовать готовый покупной вариант.

    Схема раппорта узора из 16 петель:

    1. Первые 4 ряда нужно провязать узором резинка 2 на 2. Начинать ряд необходимо с изнаночных петель.
    2. В 5 ряду нужно сделать перехват. Для этого провязать следующую последовательность: сделать 2 изнаночные петли, отсчитать следующие 6 петель, ввести спицу с лицевой стороны и подцепить нить. Удерживая полученную петлю на спице, провязать первую из 6 петель лицевой и перекинуть через нее перемычку так, чтобы она опоясывала эти 6 петель.
    3. Далее нужно связать 1 лицевую, 2 изнаночных, 2 лицевых, 2 изнаночных и повторить схему с перемычкой.
    4. Через 4 ряда снова нужно сделать перемычки, но расположить их в шахматном порядке по отношению к предыдущим.

    Чтобы связать снуд-трубу необходимо:

    1. Набрать на спицы нужное количество петель и провязать основным узором 20 см. Для обхвата головы 52 см из пряжи плотностью 100 г на 175 м потребуется набрать 96 петель и 1 петлю для замыкания в круг.
    2. Перейти к вязанию кулиски. Для этого взять спицы меньшего диаметра и связать 5 см лицевой гладью. Закрыть петли.
    3. Сложить деталь кулиски пополам и пришить свободный край к полотну снуда с изнаночной стороны.
    4. В кулису вдеть шнурок.

    Узоры и схемы для вязания снуда

    Шарф-хомут спицами (схемы и описания для него очень разнообразны) можно связать разными способами и практически любыми узорами. Но нужно придерживаться простого правила – чем «сложнее» пряжа, тем проще должен быть узор. Так, при вязании из фантазийной пряжи отлично подойдет вязание английской резинкой, платочная вязка, либо же жемчужный узор.

    Для вывязывания ажура или аранов стоит выбирать однотонную пряжу, на которой будет четко виден узор. Выбирая схемы и описания для вязания шарфа-хомута спицами, нужно учитывать их сложность. Для новичков могут оказаться слишком сложными переплетения кос и аранов, но зато они легко справятся с узорами из изнаночных и лицевых петель

    Варианты простых узоров из лицевых и изнаночных петель

    Варианты ажурного узора

    Варианты узоров с косами и аранами

    Однако косы и араны сложны в исполнении, и не у всех новичков получается правильно их вывязывать, но есть узоры-имитации, которые визуально очень похожи на косы.

    Как носить?

    Снуд спицами для мальчика, связанный своими руками, можно носить по-разному.

    Основные варианты комбинирования мужского аксессуара с одеждой:

    • Как стильный многослойный воротник. В зависимости от длины хомут укладывают в 1 или несколько рядов и расправляют складки.
    • Под куртку. Обычно такой снуд небольшого диаметра. Он создает плотное облегание и защищает от ветра.
    • На воротник верхней одежды или под капюшон. Размер шарфа должен быть соответствующий. В таком виде удобнее носить длинные хомуты, которые можно свернуть в несколько раз.

    Связанный спицами снуд – это теплый и модный аксессуар. Модели для мальчиков вяжут из гладких нитей простыми узорами. Схема изготовления шарфа-хомута выглядит как прямоугольник.

    Детский снуд спицами для девочки: модели, схемы, узоры, размеры

    Возьмите 350 г пряжи и спицы № 6. Далее:

    • Начинаем с 1 ряда – кр., изн.,лиц., повторяйте две последние петли до конца ряда.
    • Со второго и все четные ряды вяжите согласно рисунка.
    • В третьем ряду начните с кр.,2 изн., далее лиц.,за задней стенкой.
    • Продолжайте лиц., за задней стенкой.
    • Повторите 2 предыдущих пункта до конца ряда.
    • Последующие 6 рядов вяжите лицевой гладью.
    • До тех пор, пока длина изделия не достигнет 74 см, провяжите узором первых пяти рядов.
    • Остальные ряды вяжите по принципу л.ряды – л.п, изн.ряды – и.п.
    • Закройте петли и также выравнивайте на влажном полотенце.
    • Помните о длине изделия согласно возрасту ребенка, который указан в начале статьи.

    Схема для снуда

    Снуд для девочки

    Снуд для малышки

    Теплый снуд

    Культпросвет: дорогая моя «Молодёжка», Ирина Гончарук, Александр Сокольников

    Слово редактора

    Уважаемый читатель, в этом выпуске «Культпросвета» мы, во-первых, познакомим вас с небольшими отрывками из книги Арнольда Харитонова «Дорогая моя «Молодёжка». Писатель закончил ее незадолго до своего ухода, он не дождался превращения рукописи в собственную книгу. «Дорогая моя «Молодёжка» была издана благодаря родственникам и друзьям публициста и презентована 5 октября в Музее города Иркутска. Во-вторых, предлагаем вашему вниманию подборку стихотворений братской поэтессы Ирины Гончарук, участницы литобъединения «Шклинда», некогда весьма яркого и популярного. В августе этого года Ирина Гончарук умерла, и эта подборка, можно сказать, памятная. Кроме того, представляем вам иркутского поэта, верлибриста Александра Сокольникова в необычной для него роли мемуариста. Сокольников рассказывает о том, как в 1966 году он, будучи студентом, встретился с тогда еще молодым и еще не очень знаменитым поэтом Виктором Соснорой. Соснора выступал перед иркутянами в научной библиотеке Иркутского госуниверситета – читал стихи, поэмы и отрывки из «Летучего голландца», тогда еще неоконченного романа. Потом Соснора встретился с научной общественностью в СЭИ – Институте систем энергетики в иркутском Академгородке. Затем его повезли в Усолье-Сибирское, там он выступил со сцены Дома культуры химкомбината… Два года назад Виктора Сосноры, теперь уже знаменитого поэта, классика петербургской литературы, не стало – но остались воспоминания о нем живых.

     

    Ирина Гончарук

    Родилась в 1968 году в г. Боровичи Новгородской области. Училась в Новосибирском госуниверситете на экономическом факультете. Работала на Братском лесопромышленном комплексе, в ЖЭУ, в «Сибэкологии». Публиковалась в городских и областных газетах, журналах «Сибирь», «Сибирские огни», «Байкал», альманахе «Иркутское время». Мать четверых детей. Умерла 8 августа 2021 года. «Последняя гвардия братского литературного объединения «Шклинда», нежнейший, лиричнейший поэт с тяжелой судьбой» – так написала о ней организатор Костроминских поэтических чтений в Братске Оксана Костромина.

    ***
    В квартире непривычно тесно 
    и золотится пыль столбом, 
    и тени оседают в креслах –
    – Все замедляется… На том 
    конце луча – заря клубком, 
    на этом – в позолоте лица. 
    Чуть теплится огонь на том, 
    на этом не угомонится…
    И утро в острие луча 
    однажды покидает дом, 
    а вечером – лучом с плеча… 
    И все кончается на том.

    ***

    Ей нечем и незачем жить? 
    Рассказывай сказки чужие: 
    Как луковой скорбью ножи 
    Охвачены – расскажи ей. 
    Сама эту быль расскажу: 
    Прихожая с воздухом горьким,
    Жучка в апельсиновой корке
    Качает оранжевый жук.
    Я в дом, как домой, прихожу:
    Прихожая с воздухом прежним,
    И девочка плачет в манеже, 
    И так ей в ответ прожужжу:
     «Желаешь, жука покажу 
    На выжатой, выжженной корке,
    В прихожей, где в воздухе горько,
    Где мается розовый жук, 
    Желаешь, жука покажу».

    ***
    В нас столько мудрости всегда,
    а хочется всего полслова.
    В объятия огней готова
    упасть весенняя вода.

    Ей нравится себя сломать
    на сотни обручей хрустальных.
    И для нее звезда – не тайна,
    свет равноденствия в домах.

    ***
    Я испугалась, замолчав.
    И тишина вскрывает вены.
    Как можно жить обыкновенно
    с волной воздушной на плечах?

    Через соломку, не спеша
    вытягиваешь время-воздух.
    И все равно, моя душа,
    смертельную хватаешь дозу!

    Падешь в зеленую траву,
    пойдешь на корм червонным рыбам…
    Как стрекоза в воздушной глыбе
    ты грезишь жизнью наяву.

    ***

    Давай с тобой поговорим 
    о том, о сем, пуская дым.
    Раскладывая нашу жизнь 
    как будто вилки и ножи.

    Направо – нож, 
    налево – бред…
    А с нами, что ж,
    не бог, а Фрейд.

    Направо – боль, 
    налево – блажь…
    Любимый, соль 
    не передашь?

    ***
    И отходят поезда, и взлетают
    самолеты, топоры и пичуги.
    Дует ветер или книгу листает,
    или облако мнет на досуге…
    …Все равно, в котором городе выйти:
    до пивной подать рукой, как до Бога.
    И поет фитиль, пропитанный спиртом.
    Лик иконный морщит Мать-недотрога…
    Пахнет ладаном каждый волос,
    словно лист порыжелой тетради.
    И срывается молящего голос:
    то ли робок, то ли пьян, то ли жаден.

    ***
    И дома по земле стелились,
    словно дым, и светились окна,
    словно угли. По тротуарам
    дождик шел, и влюбленным парам
    под полой его было мокро.
    Дождь нечаянный – иностранец,
    он совсем из другого теста.
    И в руках его тают грани
    все… Без времени льет и места
    он, распахнутый, словно циркуль…

    ***
    Ты спросишь: зачем я на свете жила,
    зачем в это низкое небо дышала.
    Отвечу: оно на ладони лежало,
    огромное, серое, словно журавль.

    ***
    Все рассказаны сказки 
    и расставлены точки…
    И в чужие салазки 
    сели Евины дочки.
    И с горы полетели, 
    задыхаясь от ветра…
    Это им не тефтели 
    тырить в емкость из фетра.
    Всё, казалось бы, в шляпе – 
    козни были да сплыли…
    Расскажи маме-папе 
    как мы все жили-были.
    Как мы все спали-ели, 
    тайно верили в сказки, 
    как в чужие салазки 
    дочки Евины сели.

    ***
    Белое тело берёз, 
    красное – сосен.
    Бог же меня понёс, 
    поднял – и бросил.
    Вдоль языков дорог 
    стены молчанья.
    И не туман – парок 
    над иван-чаем.
    Если закрыв глаза, 
    в образы вникнуть.
    Где-то там стрекоза – 
    над земляникой.
    Где-то шмелей и пчел 
    нежные пули…
    Только я – ни при чём 
    в этом июле.

    ***
    Утро серое – не в строку,
    Но, не зная с душой разлада,
    Так бессовестно белокур
    Одуванчик чужого сада.
    Словно капля дрожит строка…
    Упадет, лишь подует ветер:
    Мальчик дразнит в саду щенка,
    Рыжекудр и по-детски светел.
    Лист упал…и лежит у ног,
    Как подачка или награда…
    Как бессмысленно одинок
    Одуванчик чужого сада!

    ***
    Стоят деревья без просвета,
    за ними – небо с облаками.
    Зеленым мохом схвачен камень,
    как малахитовым браслетом.

    Вот мир расходится кругами,
    и на последнем – солнце гаснет.
    Снежинка падает, другая,
    и все кончается… Прекрасно.

     

    Александр Сокольников: несколько дней с легендарным Соснорой

    Фото: Сергей Игнатенко

    «Ось таланта чуть качнется – кони в крик!
    Ничего не остается, кроме книг» 
    (В. Соснора, «Мартовские иды»)

    В этом году Виктору Сосноре исполнилось 85 лет со дня рождения. В Иркутске всё меньше остаётся тех, кто слушал тридцатилетнего поэта, автора книг «Январский ливень» и «Триптих» в Союзе писателей, в университете, библиотеках. Запомнилась ли, например, будущим артистам, тогда студентам Иркутского театрального училища, встреча с Виктором Соснорой в 1966 году? А ведь среди них был и легендарный для Иркутска Виталий Зикора (чуть ли не в рифму!), ныне москвич, будущий народный артист России, и когда я ему напоминаю о тех днях, он смущается и спрашивает: «А что, на самом деле это было?» Но ведь именно тогда мы и познакомились с Зикорой! Я был на втором курсе Иркутского университета, но изучению исторических дисциплин предпочитал занятие свободным стихом. Мои первые опыты одобрял и поддерживал Марк Давыдович Сергеев, он же и позвал меня на выступление ленинградского поэта в Союзе писателей, который тогда занимал здание на ул. 5-й Армии. 
    Почему пригласили никому не известного Сашу Сокольникова? Тогда я не очень раздумывал об этом, Марка Сергеева не допытывал. Тот, скорее всего, понимал, что в паузах между литературными встречами Сосноре нужен был благодарный понимающий слушатель, не жалевший времени на долгие беседы. Судя по всему, поэт уже устал от критиков. Однажды в нашу беседу попытался вклиниться молодой университетский преподаватель, кандидат наук, филолог, он хотел поделиться своими замечаниями и, указуя на меня, начал было: «Тут вот сейчас здесь с вами наш скудентик…», тесня меня плечом. А Сосноре, видно, больше не хотелось критику слушать, он к нему спиной всё поворачивается, отодвигается – так мы втроём и «покрутились» на месте! Наконец, гость наш не выдержал и рявкнул – в мою сторону, конечно: «Какого… ты не даёшь нам поговорить?»
    Тогда стояла ранняя осень, но Соснора не расставался с длинным чёрным шарфом. Волосы он носил до плеч. Я ездил в Усолье на его выступление в библиотеке. Мы слушали с раскрытыми ртами, ведь это были шестидесятые, «железный занавес», а гость рассказывал о своей поездке в недосягаемый для нас Париж, город-праздник, о котором писали Хемингуэй и Эренбург! 
    После выступления в Иркутском театральном училище он, кажется, вполне добродушно и с юмором отнёсся к тому, что будущие актёры не восприняли его стихи. Возможно, слушатели были ещё молоды, поэтому не поняли смысла этой поэзии, ещё в силу своего возраста не могли оценить смелость автора. После встречи ребята, в том числе и Зикора, окружили почему-то меня; видимо, на тот момент лирика из уст сверстника показалась им ближе. «Видишь, я их не очаровал, все подходили к тебе, разговаривали с тобой», – мягко посетовал Соснора. 

    Виктор Соснора казался таким простым, доступным, что в те дни я отважился показать ему свою поэму в стихах «Идиот». Текст был оформлен рукописно, 60 страниц. Сохранились его пометки на полях карандашиком в тех местах, что показались удачными! И собственноручная расписка мэтра: «Я, Виктор Соснора, взял взаймы метафоры пока у незнаменитого поэта Саши Сокольникова». (Ровно 55 лет прошло с тех пор, строфы «В Японии/ выпал снег/ И все розы/ Постриглись в монахини…» родились в тот год.)
    Идём мы с Соснорой по улице Карла Маркса, на углу – сапожная мастерская, рядом с нархозом. В поэме «Идиот» была глава о Герое Советского Союза, чистильщике обуви, – и здесь его реальный прототип полировал ботинки. Я не ожидал, что Соснора вдруг вспомнит о прочитанном. Он вдруг кивнул и спросил: «Он – твой Герой?» Я говорю: «Да». И Соснора – раз, бах, башмак перед ним ставит! А Звезда Героя так над ними и парит! Он всё понял! Соснора вернулся ко мне в чистых ботинках и спросил: «Что, разорвать меня готов был, обиделся, да? Знаешь, Саша, вообще ты должен понять: поэт истинный к любой работе относится с уважением. Для литератора истинного нет высшего труда, нет белоручного труда, нет зазорного труда». Так и сказал! То есть на примере показал, что не удел поэзии – черновые наскоки, не дело это в поэзии – кого-то унижать и презирать. «Считай, я сейчас показал, как чту его труд, он тоже творческий, и гонорар ему хороший от меня был за работу!» – сказал мэтр, в прошлом рабочий Невского машиностроительного. Урок я усвоил, и кем бы ни был потом – плотником, сторожем, экспедитором, а поэзия была со мной всегда! 
    …С момента этой единственной встречи с поэтом и до ухода Сосноры прошло более полувека. Я не решался навестить его, когда приезжал в город на Неве. Только однажды, когда в 2003 году друг моей юности Женя Варламов собрался в Питер, я попросить передать Сосноре привет от меня. Вернувшись домой, Варламов рассказал, что Соснора хорошо его принял, сразу вспомнил Иркутск и всех, с кем встречался, в том числе и меня.

    Александр Сокольников, 
    лауреат Всесоюзной премии им. В. Хлебникова

     

    Арнольд Харитонов

    Из книги «Дорогая моя «Молодёжка»

    Фото: baik-info.ru

    На Киевской, 1 (отрывок)

    И вот я подхожу к скромной на вид двери на улице Киевской, 1. Она за углом улицы Карла Маркса на первом этаже трехэтажного здания. Перед нею в провалившемся асфальте сверкает антрацитовым блеском довольно большая лужа, которая если и высыхает, то в очень сильную и продолжительную жару, да и то не всегда до конца. Через дорогу – аптека, за ней такая же скромная дверь с ещё менее заметной вывеской: «Кожно-венерологический диспансер». Дальше – хлебный магазин, в уголке которого скромно притулился небольшой прилавок, за которым владычествует тётя Хася. Она торгует пивом. Можно подумать, что кто-то очень заботливый специально поместил её сюда – вот она-то и её продукт не раз спасали моих коллег и их горящие трубы. 

    Открываю заветную дверь с вывеской: «Редакция газеты «Советская молодёжь»». Тут кстати сказать о названии. Мы им скромно гордились – оно было какое-то всесоюзное. Во всём большом СССР так назывались только три газеты – наша, Риги и Нальчика. 
    За дверью коридор, который сразу же поворачивает вправо, оставляя за собой ещё одну дверь. Я, новичок, ещё не знаю, что за ней вход в скромный кабинет, который тем не менее очень важен – в нём стучат пишущие машинки двух машинисток, без которых газета просто не могла бы выходить: печатать не умел почти никто, да и свободных машинок не было. Одну из машинисток звали Надежда Юртина, она работала в редакции с незапамятных времён, её очень уважали ещё и потому, что при случае у неё можно было одолжить «трояк до получки». Вторая часто менялась, я не припомню, кто именно тогда владел второй машинкой.

    Арнольд Харитонов на открытии выставки. Фото: из семейного архива

    Здесь же была отгорожена небольшая часть комнаты, она пафосно называлась библиотекой. Не помню, были ли там какие-то книги, но сочинения Ленина должны были присутствовать и даже были востребованы – редкий газетный материал обходился без ленинской цитаты. Но зато здесь были подшивки «Молодёжки» всех прежних лет, в них иногда надо было погружаться. Заведовал всем этим хозяйством совершенно глухой человек по имени Лев Синайский. Его глухота была предметом шуток редакционной молодёжи. Время от времени кто-нибудь из них выходил в коридор и кричал во всё горло: «Синайский, к телефону!» Или реанимировалась старая хохма: мол, Синайский слышит не хуже любого из нас, просто он шифруется, он японский шпион, ему так удобнее. У него под ухом кричали, чем-нибудь стучали, только что не стреляли – потому что не было огнестрельного оружия. Однако глухота не мешала ему выступать на партийных собраниях (коммунистам нравился его странный птичий голос, он развлекал во время скуки этой говорильни) – Лев Моисеевич был членом КПСС со стажем, вступил тогда, когда не был глухим, и даже, говорят, недурно играл на баяне.
    Итак, маленькая часть коридора кончается. Поворачиваю направо – передо мной ещё один длинный, глухой, сумрачный коридор, в котором и окон-то нет, светят только редкие электрические лампочки.
    Первые две двери, таблички на них – здравствуйте, пожалуйста! – сообщают о том, что там находится… филиал института охоты и звероводства. А редакция тут при чём? Потом я узнаю, что такое соседство сложилось издавна, никто не помнил, когда.
    Долгое время мы сосуществовали, почти не общаясь. Но соседи подавали признаки жизни. Время от времени оттуда вываливался кто-нибудь, мягко говоря, не совсем трезвый и надолго запирался в уборной. Это никого особенно не смущало – наши ребята тоже трезвенниками не были. Но вот когда у них там что-то начинало вариться и по коридору плыли не очень аппетитные запахи, молодёжкинцы ворчали: опять охотоведы своих крыс варят. Но претензий не предъявляли, понимая: это издержки производства – учёным-охотоведам присылали из таёжных хозяйств для изучения тушки лесных зверьков, а варили оных вовсе не для того, чтобы, упаси господи, употреблять в пищу, а вываривали скелеты для своих исследований.
    Позже я познакомился с некоторыми из учёных. Точнее, познакомился со всеми, но близко сошёлся с двумя. Это были очень интересные люди.
    Владимир Владимирович Тимофеев. Этот маленький, сухонький, легкий на ногу старичок приходился родным братом великому генетику Николаю Тимофееву-Ресовскому, знаменитому Зубру, про которого Даниил Гранин написал документальный роман под названием «Зубр». Но Владимир Владимирович и сам по себе был интересен. Этот похожий на гнома совершенно седой старичок в солнцезащитных очках с зелёными линзами хватил сполна сталинских лагерей, но не утратил ни оптимизма, ни работоспособности. Он был не только охотоведом, но и отличным кинологом. Вместе с младшим по возрасту коллегой, таким же талантливым учёным Анатолием Владимировичем Гейцом они воссоздали и восстановили в правах замечательную породу охотничьих собак «восточносибирская лайка». Объехали и обследовали все исконные охотничьи места в основном по верховью Лены – Качуг, Жигалово, Карам, а также Катангский район, отобрали самых перспективных щенков, растили их по всем правилам кинологии, получили от них потомство в четвёртом поколении. И только тогда на столичных рингах появилась и триумфально утвердилась эта замечательная порода. А я всю жизнь с гордостью вспоминаю, что однажды Владимир Владимирович брал меня с собой в собачий питомник в Мотах, где отбирали собак на выставку в Москву.
    Второй мой приятель – Семён Климович Устинов. Этот охотовед, ставший хорошим писателем, исходил пешком все байкальские берега, а также верховья родной моей реки Лены и даже добрался до её истоков, до ручейка в горах Прибайкалья, что навсегда осталось предметом моей белой зависти. Написанные им книги я перечитываю. 

    На БАМ, на Нию и дальше – в Наканно (отрывок)

    Совсем другое дело, когда мы с Калаяновым (фотокор «Молодежки» Владимир Калаянов. – Прим. ред.) поехали на Нию, которую строили грузины. Правда, сначала нам не повезло – начальник ГрузБамстроя Анзор Варламович Двалишвили отбыл в командировку, а нам так хотелось познакомиться с заместителем министра строительства Грузии, коим он и являлся. Но его с успехом заменил главный инженер Нугзар Ильич Мгеладзе, а также гостеприимный прораб Анзор Лилушвили, который обеспечил нам и стол, и дом. 

    Один из героев книги — фотокор Владимир Калаянов. Фото: из книги

    Но это всё сообщения о нашем обустройстве. А теперь начинаются чудеса, которые подарила нам эта маленькая станция. Володе очень понравилось знакомство с первым поселенцем на станции Ния-Грузинская. Звали его Петька. Именно так, не Пётр, не с отчеством. Попросту Петька. Потому что был он козёл. Да, именно козёл. С рогами и бородой. Довольно упитанный. И уважаемый. Потому что есть у грузин такой обычай – на место нового жительства выпускать козла. Так Петька первым ступил на землю бамовского посёлка. Был он тогда совсем маленьким козлёнком, но довольно самостоятельным и независимым. Почувствовав под копытцами новую землю, он взбрыкнул, мэкнул и немножко пробежал по полянке. Новое место ему понравилось. Тем более что его здесь уважали, баловали и подкармливали. Вскоре он вырос в большого козла, а при всеобщем попустительстве стал довольно нахальным. К тому же ему многое прощали. Например, простили, что он съел генеральный план посёлка. Дело в том, что он очень любил есть бумагу. Зимой всё время ошивался около газетного киоска, копытил из-под снега бумажные мешки и с аппетитом их поедал. Однажды летом дождался, когда все уйдут на обед из штабного вагончика, проник туда и съел кальку с планом. Его простили, тем более что чертёж был, конечно, не в единственном экземпляре.
    Но и у него был кумир. Эта женщина интересна не только ему, но прежде всего нам. Это была директор местной школы Надежда Павловна Хныкина-Двалишвили. Нетрудно догадаться, что она была женой начальника поезда Анзора Варламовича Двалишвили. Но многим в стране она была известна именно под девичьей фамилией – легкоатлетка Надежда Хныкина была заслуженным мастером спорта, призёром двух Олимпийских игр – в Хельсинки и в Мельбурне. На крохотную станцию Нию она приехала в должности директора малоформатной школы. Её здесь любят. Козёл Петька ходит за ней по пятам, ждёт её у крыльца школы в обществе длинноногого подростка лосихи Инги, которую нашли в лесу совсем крошечной. Надежда Павловна выкормила её из соски. Ещё эту свиту составляют две явно породные, но приблудные лайки. Всю эту стаю директор школы находит возможность кормить. В этом ей очень помогает повар котлопункта Автандил, который тоже мастер спорта по карате. Когда эта звериная компания гуськом следует за своей хозяйкой и повелительницей, тут есть работа для Калаянова – всю свиту можно снимать на общем плане, но можно и на крупных – портреты Петьки и Инги довольно экзотичны. Но тут важно не увлечься, потому что Петька очень ревнив. Понятно, что лосиха в бамовском посёлке куда интересней обычного козла, но Петьке этого не объяснишь: как только ему покажется, что Инге уделили внимания больше, чем ему, он тут же пускает в ход свои рога. Достаточно было Володе присесть в поисках нижнего ракурса, как он зацепил его рогами за пятую точку и отправил головой в сугроб. 
    Что-то я зациклился на звериной экзотике. А ведь главное всё равно здесь люди. Они приехали сюда, чтобы построить самый маленький на иркутском БАМе, но очень симпатичный посёлок.

     

     

    «Ты не пробьешь стену, потому что стены нет»

    Олег Котельников – легендарная фигура ленинградского андеграунда. Он стоял у истоков объединения Тимура Новикова «Новые художники», играл в составе «Автоматических удовлетворителей» вместе с Андреем Свином и участвовал в выступлениях «Поп-механики». Сотрудничал с режиссером-некрореалистом Евгением Юфитом. Его картины находятся в коллекциях Третьяковской галереи, Русского музея и Центра Помпиду. О своих друзьях, творческом пути и художественных принципах Олег Котельников рассказал Радио Свобода.

    – Вы с Тимуром Новиковым учились в одной школе.

    – Мы и в одни ясли ходили. В летний сад, как Пушкин, каждое утро. Нас водили к дедушке Крылову через калиточку специальную. Она уже заварена, эта калиточка. Мы даже флажками махали Фиделю Кастро в каком-то году, на этом горбатом мосту. В школе сидели за одной партой. Потом у него был какой-то индийский интернат, поэтому он говорил: «Моя первая выставка ездила в Индию, и Индира Ганди ее посещала», потом уехал на Новую Землю, снова приехал, и мы перешли из старой школы в новую.

    – Искусством тоже начали параллельно заниматься?

    Как могло не возникнуть современное искусство в таком месте?

    – По большому счету никогда и не прекращали. Город-музей, ходишь с детства по музеям, тебя это все притягивает. У меня был исторический район, Египетский дом. Я в нем и жил, все детство. Мне было достаточно этого места. Это Пески, самые высокие районы, их никогда не заливало водой. Поэтому все петровские родственники там и жили. Там была церковь Захария, единоверческая. Она стояла во дворе какого-то купца-раскольника. Следующая – Сергиевская называлась, потом Фурштатская, там на ней как раз был первый театр в Петербурге у Натальи, сестры Петра. Ну и там же Кирочная – по Кирхе, а не потому, что там киряли. Финская церковь. Ну и как могло не возникнуть современное искусство в таком месте? Новиков был оттуда же – со Шпалерной. Поэтому если книжку делать, надо бы назвать «Мальчик со Шпалерной». Типа начал с холста, а окончил свой творческий путь шпалерой. Была такая книжка «Мальчик из Уржума» про товарища Кирова. Пионерское же прошлое, понимаешь?

    – Как ты сейчас относишься к идеям и эстетическим основам Новой Академии?

    Тимур Новиков и Олег Котельников, 1984

    – Прекрасно. Потому что сначала нужно пройти сквозь ноль. Не просто же на пустом месте культура у нас возникла, ноль искусства было, и называли «Группа Zero» в каких-то американских журналах. «Типичная картина группы Zero», – помню, написали про мою картину «Удар кисти» – она сейчас в Русском музее. Мужик голый в тюряге там рубит холст. Это про пять принципов китайской живописи: один называется «Удар кисти». Я нашел кусок оргалита. Пока все спали, на кухню прибежал, положил между столами и быстренько за ночь на***шил. Ну и спать пошел. Картина с утра уже стояла. А про Новых художников – как было не использовать фамилию Новикова? Все же интересовались авангардом, хотя, понятно, каждый по-разному. Например, концептуалисты… На выставке подарков Потанина Центру Помпиду я офигел. Целый этаж говна, просто дышать нечем. Ну, реально искусства нет. Зато есть ненависть к совку, который там так и представлен как совок. Понимаешь, концептуалисты – они так и не вышли из состояния совкового масла. Это шутка на заводе такая. Приходит какой-то неофит, а ему говорят: «Сходи-ка, возьми совкового масла в техничку». Совковое масло – это говно, естественно. Что на совковой лопате может быть? Так вот, это совковое масло было разлито по всему этажу Центра Помпиду. И только один был маленький зальчик Новых художников, где хоть как-то подышать было можно, хоть что-то посмотреть. Какую-то фигуративку. Дурная она или не дурная– не важно, но веселая, во всяком случае. А в концептуализме веселья-то нет.

    Олег Котельников. «Ку-Ку», 1980-е

    – В чем заключалась революционность Новых художников? Или революции в этом не было?

    Искусство должно ошарашивать тебя простотой и гениальностью

    – Революционности не было. Было движение. Мазня-то это не особо была новая. Но занятие искусством подразумевает какие-то жесты. Оно должно иметь силу мощного поэтического текста с точки зрения удара по мозгу, ошарашивать тебя простотой и гениальностью. Ноль объект – это оно. Неважно, формальный ты или неформальный, важно не переставать развиваться, всегда заниматься делом, а не рисовать голых девчонок и им же потом это и впаривать. Не думать о погонах и о спокойной жизни. Разгон бульдозерами – он, наверно, объединяет, но нас гоняли каждое воскресенье на пластиночном толчке. Через какое-то время эти вещи попросту приедаются. А мне кажется, выпады должны пробивать толщу хреновни и выводить в пространство, свободное от маразма. Этим и занимались мои друзья, ну и я вместе с ними.

    – Как ты писал картины? Как проходил рабочий процесс?

    – Да просто делаешь дело. Когда народу много – побольше можешь придумать чего-то поинтересней, чем сам родишь. Встречи с прекрасными друзьями, которые тебя окружают. Они, в основном, все красавцы удалые, идейные люди, далеко оставляющие за бортом высосанный из пальца концептуализм. Тебя реальность накрывает каждый день. От каждого столько прет, что, конечно, ты не можешь не создавать искусство. Свин говорил о Цое: «Ну а чо, он сидит, молчит. Все песни пишут уже давно, а он там что-то сидит – бум-бум-бум». Я говорю ему: «Цой, а че ты не пишешь?» Он пошел в коридор, походил, принес песню «Мои друзья идут по жизни маршем». Так он и стал песни писать. А как? Ухо офигенное в смысле музыки, все снимает. Грамотность офигенная, дома море литературы хорошей, ну мама с папой, видимо, правильные, есть что почитать дома. Как тут не начать песни нормальные писать? Это неизбежно». Тут, у меня, естественно, то же самое, ну и есть соревновательный процесс в хорошем смысле слова. Сегодня нужно придумать что-то одно, а завтра что-то другое, и каждый день придумываешь что-нибудь интересное. Понятно, что то, что мы делали, может показаться детским лепетом. Но в этом и прелесть фигуративки. Это как раз был самый мощный тогда мировой бренд – фигуративный, в 1980-е. Некоторые художники японские, через какое-то время, исписавшись, меняют всё, даже имя. И это правильно – вчера ты был другим. Это реальность дзен. Или учишься всю жизнь, или ломишься в стену, но ее все равно не пробьешь. Потому что стены нет. Некрореализм, собственно, об этом, а не о трупаках, как думают многие дураки.

    Олег Котельников. «Без названия», 2007

    – Расскажи о твоем участии в некрореализме.

    Это как с ожерельем: рассыпал – хаос, собрал – космос

    – Юфит тогда уже снимал кино и фотки делал. А я начитался книг о кино, что до нас делали, ну и захотел попробовать то же самое, только современными способами. Взять пленку, разрисовать ее – и на тебе, кино без камеры. Встал утром, нарисовал свое чувство на пленке и показал вечером товарищам. Кулешов с его кино без пленки отдыхает. Чем не творческий процесс, развивающий тебя и их? Кино – это чудо-инструмент, а не продукт. Молоток, которым всегда можно работать. Любое искусство правильное – инструмент. Жрите сами свой фастфуд. «На стене висит ружье в первой сцене, под ружье встает зверье на колени. Длина волны меняет цвет, со скоростью играет свет, со временем даешь ответ, а откровенья нет». Почему абстрактное искусство так всех захватило? «Это ж краска, а не грязь – разлилась и разлилась» – у Григорьева было. Именно краска, нашлепок ее, это и есть форма и содержание одновременно, идеал. Абстрактное воображение у человека хорошее должно быть, у меня всегда все с этим было нормально, я не вижу в этом особой сложности, понимаешь, для меня все просто. Поэтому и делаю – легко. Если прет, то делаешь что угодно, можешь просто производить бесчисленное количество клонов, такое переполнение. Потом – хоп! – это тебя, может, гений посетил – тоже так говорят. Он прилетает и улетает. Это как с ожерельем: рассыпал – хаос, собрал – космос.

    – А какие у некрореализма были принципы?

    Тех, кто пришел с портвейном, Юфа отсылал обратно

    – Бодрость, тупость и наглость. Но вообще их нет и не может быть. Есть видение. Все там будем, поэтому не принципиально, когда и что. Но с точки зрения пластики был необходим некрогрим. Чуть-чуть изменять характер лица вкладышами, подбинтовками и подмазыванием тут же найденной грязью – дает элемент связи с реальностью. Потому что некро – это корневая реальность, связывающая всех. Юфа называл себя человеком веселым, и поэтому пафоса смерти в его кино не было. Речь скорее шла о том, что жизнь продолжается всегда. Переход из одной субстанции в другую был сутью некрореализма. Даже когда Юфа простейшие вещи снимает и сопоставляет – это дает эффект озарения. И технически это был сложнейший подготовительный этап – повлияло развитие немецкого экспрессионистского кинематографа, грузинское кино 1930-х годов. Один репортер спросил Новикова, что он нашел в Юфе. «Энергию», – сказал Новиков. И был прав. Энергии было хоть отбавляй. Каждый выходной – на съемки за город. Зима, лето – неважно. Изначально становление кинематографа, как и становление правильного художественного понимания, приходит только из практики. Требования были суровые. Каждый приезжает с бутылкой не менее 30 градусов. Тех, кто пришел с портвейном, Юфа отсылал обратно. Народ и так проводил время в весельях, а тут это веселье было задействовано в правильном русле. Очень многое сначала было построено на энтузиазме актеров. У Юфы редко бывали женские роли. Между женщинами и мужчинами в смерти разницы нет. В поздних фильмах он еще стал смерть с природой ассоциировать, появились обманки: трупак лежит в кустах, но его не видно. Камера скользит, а потом на зумировании мы его то ли видим, то ли не видим. К звуковой картине он трепетно относился. Шуршание ствола эротическое – эти вещи. Терменвокс у него пронзительнейше звучит на фоне каких-то оборвышей и природы.

    – Расскажи о Курехине. Ты участвовал в выступлениях «Поп-механики». А в книжке Александра Кушнира даже написано, что на смертном одре он сказал тебе первому, что ему конец.

    – Особо-то я с ним не дружил. Виделись, встречались и ржали. С ним дружил в основном Африканец [художник Сергей Бугаев по прозвищу Африка]. У него интересная была история с «Поп-механикой». Сначала они базировались при Ленсовете при Клубе любителей авангардной музыки. Там все делали всякие музыкальные хеппенинги. Тогда все Фрэнка Заппу с его бурлеском любили слушать, да и вообще музыка развивалась к шоу и театрализации. И все эти участники Клуба любителей авангардной музыки, и Курехин были правы. Пока ты не увидишь, как исполнитель исполняет свою музыку, даже если это три аккорда, ты никогда не поймешь, как это реально делается. И в данном случае Курехин собрал в городе придурков достаточное количество, чтобы это все звучало профессионально, интересно и весело. Уж интереснее сейчас смотреть записи «Поп-механики», чем Голливуд.

    Андрей «Свин» Панов

    – Расскажи какую-то историю о Свине-Панове?

    Юфа ему говорил: «Свин, что ты чушь всякую поешь? Матерых-то песен у тебя нет»

    – Со Свиньей мы познакомились в тот же день, что и с Юфой, в 1982-м. Нам нужно было снимать какой-то подводный клип. Я говорю нашему басисту Мише Дубову, что нам бы режиссера. Он говорит: «Да вон, Юфа напротив живет, панки его уважают». Ну, мы быстро пришли знакомиться. Я говорю: «Жень, нужен бокс, камера, у тебя есть?» Он, заинтригованный, бегает по комнате. Тут заходит Свин с кем-то из товарищей, сразу драка. Через неделю Свинья уже не покидал нашего флэта, который был напротив Юфы. Все – дети, зверьки и гости – у нас жили своей жизнью. И никаких родителей. Ему это нравилось как нормальному пацану. Потом вся эта деятельность с Юфой у нас началась, киноэпопеи, матерость. Свин ведь писал такие прекрасные тексты, именно слушая Юфу, когда он уже перестал про икру какую-то петь, и появились у него трупаки, или что он отверткой кого-то разодрать хочет. Это Юфа ему говорил: «Свин, что ты чушь всякую поешь? Матерых-то песен у тебя нет». И вот он старался, прямо из кожи лез. Несмотря на то что Свинья всегда делал вид, что относится к своей деятельности наплевательски, это было не так. На самом деле он очень трепетно относился к музыке. У него и голос прекрасный, и чувство ритма. Была, например, такая ситуация. Как-то мы с Юфой записали на кассетник не музыку даже, а наш истовый рев в ритме. Тут же вышли на Московский проспект – гуляя, попугали прохожих с магнитофоном и сами порадовались своей музычке. Я говорю Юфе: прекрасный составили трек, можно под любой фильм ставить, и будет хорошее звуковое сопровождение. Тут Свин приходит, взял запись – и нет ее. Ищем пленку потом, и Юфа говорит: «Свинья взял и из ревности, видимо, изодрал». Андрюша в этом смысле был гениальный. Говорит: «Если б мог, сам бы этот рок русский не пел, потому что никто же там ни петь, ни играть не умеет». Но был его житницей, здравницей и кузницей в то же время. Через «Поп-механику» и через Свина, как через образовательное предприятие на теле народа и в мозжечке страны, прошло огромное множество музыкантов.

    Александр Башлачев

    – Расскажи о Башлачеве. Я знаю, вы тесно общались. Как ты с ним познакомился? Как узнал о его смерти?

    – Помнится, как-то сидел я у товарища и мы слушали музыку современную. Зашла жена СашБаша и говорит: «А послушать моего мужа не хотите?», кассету вынимает цинично так и ставит свою. И оттуда сразу его трынь-брынь. Мы ей: «Убрала своего Высоцкого, ставь, что было!” Так я в первый раз его и услышал. На этом дело тогда и закончилось. Тут через какое-то время Саньке негде жить. Я говорю: «Так живи у меня». У меня тогда как раз освободилась комната. Он приехал. Я ему говорю: «Не мог тебя послушать, давай, может быть, поиграешь вживую, гитара есть». И что-то Саня забрякал. Через 15 минут сосед Серега прибежал с водкой, и тут до утра уже мы и завелись. Уже и тогда кровь лилась по гитаре, как обычно у него на концертах. В свое время я Сане нарисовал рок-плакат для парижской выставки, что-то между Рерихом и Билибиным. Он порадовался. Выставлялась в 1988 году под названием «Песни под гитару. Александр Башлачев».

    А о смерти… Была поездка в Вятку, город Киров, где иногда падает розовый снег и какие-то взрывы происходят. Взяли единый билет на всех. Была такая возможность в Советском Союзе – взять единый билет на группу. В вагон зашло больше пятнадцати человек, а обратно приехали уже впятером и узнали, что хлопец-то наш упал по своей воле с восьмого этажа. Такая первая ранняя смерть, трагическая. Очень я переживал. Сейчас уже как-то попривык, но все равно переживаю. Похороны были на Ковалевском кладбище. Могила уже заросла березами, на которых у него колокольчики. Поляна в лес на этом кладбище превратилась. Когда мы уезжали в Вятку, парень только из Москвы приехал, и я сразу удивился тому, что он был какой-то не в себе. Как-то успокаивал его по мере сил, а потом друзьям поручил. А когда вернулись и обо всем узнали, то тут уже отреагировал, как, кажется, Соболевский на смерть Пушкина: «Был бы в городе, не позволил бы».

    стерлингового серебра BOY W / TRUMPET Подвеска с подвеской, 18 дюймов, итальянская цепочка-шкатулка, модные ожерелья и кулоны, мода josephsautoystore.com