Hayward by julie hoover описание на русском: Для вдохновения — джемпер хейворд

Житие мое…

Hayward by Julie Hoover.

«Любите ли вы наволочки так,как люблю их я?» С этой фразы год назад и начался совместный проект «70х70 или Наволочки с рукавчиками».По прошествии года и при связанных семи наволочках,повторю : «Я их обожаю!»

Первым был Boxy by Joji Locatelli.Затем Relax by Rinko.И вот теперь мой личный хит-парад возглавляет он — Hаyward by Julie Hoover.

Вот такой твидовый «почти Hаyward» я купила 6 или 7 лет назад в Гонконге.

Не скажу,что модель удобна.Но комфортна,эффектна — да.Из-за известного мне неудобства и откладывала вязание Хейварда на потом. «На потом» себя ждать не заставило.Больничный с высокой температурой,совершенно больной головой,насморком и всеми иными прелестями вязанию чего-то сложного не способствует.Для поднятия настроения был избран Хейворд и мега-позитивный Minotauro цвета фуксии.

Сразу хочу поблагодарить Танюшу, Таню Гобрусеву — известного многим дизайнера. ,которая в тот момент не только утерла мне сопли,но и рассчитала образец из Minotauro)) Видимо температура окончательно опустошила мою голову от мыслей,и мои расчеты привели к тому,что Хейворд получился длинной и узкой смирительной рубахой.) По Таниным расчетам  он ,названный в тетрадке с расчетами «попыткой  номер 2»,все таки  был связан.

Цикламен.

Твид Minotauro, 250 гр.

Ширина — 60 см,длина — 53 см. 

LK-150, пл.3,5,н.4.


Образец — 21п х 36 р = 10 х10 см.

Тело.

Набор — 132 п. на бросовую нить.Прямо 74  ряда. Убавки для реглана 3-х ушковым деккером : 24раза — в каждом 4м ряду, 4 раза — в каждом 2м.Прямо 3 ряда.Итого 178 рядов.

Горловина на спинке не вывязана, впереди ,кажется,по описанию глубиной 10 рядов.

Рукав.

Набор — 64 п. на бросовую нить .Прямо 4 ряда,закрыть 6 п. с каждой стороны.

Убавки: 22 раза в каждом 4м ряду, 1 раз в каждом 2м трехушковым деккером.№ ряда прямо.Итого 108 рядов.

Детали сшиты матрасным швом.Открытые петли горловины и реглана переведены на круговые спицы,отделка резинкой 2х2.Она же на рукавах и по низу изделия.

Павловопосадский крепдешиновый платочек «Цветущие маки» — подарок знакомой по вязальному форуму хорошей девочки по имени Оля.) Именно этот платочек и определил цвет твида.

Не остановившись на одном,уже на даче,и по тем же расчетам (случайно подошедшим для другого твида,название которого не знаю),в пару к Цикламену…

Шалфей.

Небольшие изменения:
— добавила по  две петли на детали спинки,переда и рукавов. Итого весь Хейвард шире на 8п. Соответственно,убавки для реглана увеличились — 5 раз в каждом 2м ряду для тела, и 2 раза в каждом 2м ряду для рукавов. Увеличила натяжение нити до 5.
— горловину переда углубила до 20-ти рядов,на спинке так же — прямо. 
— отделка — та же резинка 2х2. Если мне что-то понравилось,не мудрю.


Вес 230гр.

Ширина — 67 см,длина — 53 см.

LK — 150, пл.3,5,н.5.

Твид приехал ко мне из Сибири от замечательной вязальщицы Лены.

Чудесная керамическая брошь — такса — подарок  не менее замечательной вязальщицы  Люды.

Так что теперь …

У меня их два.Мальчик Hayward и…Hayward .У меня два Хейварда.))

Они одинаковые.Уютные,легкие,не навязчивые.Дружащие с платками и брошами.С узкими джинсами и брючками.Шортами и юбками- карандашами.С рубашками и майками. Каблуками и кедами.

И разные.

«Цикламен» — сочетание слишком яркого ,по-детски сочного,украшенного родинками — карамельками твида ,но ,при этом, достаточно сдержанной формы.

«Шалфей» — твида элегантного,благородного,сложного,припыленного .С совершенно потрясающими крапушками. При этом свободный,даже слегка расхлябанный,сползающий с одного плеча.

Люблю — ношу оба. Еще что-ли связать?……

                                   

До встречи…:-)

«Hayward» сверху вниз. Или после дождя.

— А давай завернем на Mt Coot-tha и сфотографируем небо? Облака сегодня выразительные, — предложил мой муж, когда мы возвращались от сына.

— Угу, — я кивнула головой и свернула с шоссе в сторону ботанического сада.

«Как удачно, что я сегодня надела новый свитер», — пришло мне в голову. Хотя всего несколько минут назад я начала сожалеть, что оделась слишком тепло.

Ночью прошел дождь, утро было влажным и свежим, и мне сначала показалось, что джинсы и красный свитер из смесовой хлопковой пряжи будет подходящим выбором для немного пасмурного осеннего дня.

Ветер быстро развеял последние дождевые тучи, стало жарко, и я уже мечтала поскорее вернуться домой, чтобы сбросить с себя излишне теплую одежду. Но на обзорную площадку на Mt Coot-tha я вышла и «пожарилась» под солнцем с удовольствием.

«Если не сегодня, — подумала я, — то я еще пол-года, а то и целый год не попаду в кадр и не посмотрю на новый свитер со стороны. Зеркало в спальне не дает полного представления о вещи!»

Юра сделал несколько фотографий живописных облаков, нависших над городом, а я нечаянно кое-где влезла в кадр.

Так что если кому-то покажется, что свитер недостаточно подробно представлен на фото, я еще раз поясню: на этих фотографиях главное — небо! 🙂

И для тех, 🙂 кому тема свитера интереснее темы облаков.

Балахончик связан под влиянием модели Hayward by Julie Hoover. Собственно говоря «под влиянием» — это даже мягко сказано. Я взяла описание Hayward (в нем реглан связан снизу вверх отдельными деталями), прочитала его от начала до конца, вытащила оттуда все цифры (количество петель и рядов, прибавки-убавки), расставила их на схеме — и связала модель сверху вниз по кругу.

Спинка и перед тоже сделаны без швов, только рукава из-за их небольшой ширины я связала после разделения на детали на прямых спицах и сшила.

Пряжа использована турецкая, Ice Yarns Bunny: 80% Cotton, 20% Nylon (Polyamide), Sport/5 ply, 124 м/50 grams. Спицы № 4,5 для лицевой глади и № 4 для резинки.

Израсходовала 7,5 мотков (937.5 м, 375 г).

Здесь проект на Ravelry.

Большой размер или оверсайз — ira_fd — LiveJournal

Некоторое время назад я имела неосторожность заметить, что оверсайз — это не мешок и не вещь большого размера. Это отдельная конструкция, которая имеет определённые особенности.

И petson спросила меня: А в чем состоят особенности этой конструкции? Если человек просто покупает в магазине свитер на пару размеров больше своего, это не называется оверсайзом? Как-то по-другому называется? И я пообещала рассказать подробности отдельным постом.

На волне отрицания или даже запретов очень худых моделей на подиумах новая мода стала тяготеть к большим объёмам, которые отлично скрывают неидеальные формы. Формально все эти модели называли оверсайз. Но дизайнерская мысль не стоит на месте. Постепенно такие изделия стали приобретать совершенно особенную форму и стали сильно отличаться от обычных больших размеров.

На мой взгляд, уже по этим двум моделям можно увидеть, чем они отличаются.

Собственно говоря, я прекрасно понимаю, что слово oversize переводится как очень большой размер. Только я имела в виду не значение или перевод слова оверсайз, а исключительно новую конструкцию вязаной одежды, которая стала особенно популярной в последнее время. На мой взгляд, именно за такой конструкцией стало закрепляться название оверсайз. Такие модели ещё называют пуловеры-пончо, а на русских форумах – пуловеры-наволочка.

Говорить, что оверсайз – это просто большой размер, всё равно что сказать, реглан – это просто фамилия английского военного. Так что оба эти слова, кроме своих прямых значений, со временем приобретают и другое определение.

Обычные вещи большого размера сохраняют все стандартные пропорции, соответствующие своему размеру: проймы, горловина, рукава пропорциональны ширине изделия. Если такую одежду надеть на фигуру гораздо меньшего размера, она будет выглядеть одинаково громоздко и мешковато на всех частях тела.

Новомодная конструкция оверсайз отличается от обычных моделей большого размера совершенно другими пропорциями. Характерные особенности моделей оверсайз: утрированно-огромная ширина переда и спинки, часто она измеряется от локтя до локтя по горизонтально разведенным рукам. При этом небольшая длина, немного ниже талии. Так основа выглядит практически квадратом или прямоугольником, вытянутым в ширину. Длинный плечевой скос с большим наклоном. Очень маленькая глубина проймы и очень узкие рукава. При этом горловина вполне соответствует фигуре.

Выкройка модели оверсайз выглядит примерно так. Здесь хорошо видно, насколько её пропорции отличаются от стандартной выкройки.

Вот ещё чуть менее утрированный вариант оверсайз, мне он кажется более практичным. Понятно, что эти модели имеют нестандартные пропорции, но они не выглядят мешковатыми.

А ещё модели оверсайз бывают с рукавами реглан и самая известная из них Hayward by Julie Hoover. Эти модели отличаются такой же большой шириной, непропорционально узкими рукавами и удлиненными регланными линиями.

Я полагаю, эти модели получили такое широкое распространение, потому что их очень просто связать. Они не требуют чёткой посадки по фигуре, а стало быть, выверенной выкройки и точных расчётов для каждого размера, одно и то же описание подойдёт для любого размера. Меня только сильно одолевают сомнения, насколько такие вещи практичны в реальной жизни с куртками и пальто.

Церковь Северного Кантона в честь Тодда Уивера концертом 11 сентября — Новости — Хранилище

В этом году исполняется 15 лет терактам в Нью-Йорке; Вашингтон, округ Колумбия.; и Шанксвилл, Пенсильвания,

СЕВЕР КАНТОН Об 11 сентября 2001 года были написаны миллиарды слов. Были сделаны миллионы фотографий, запечатлевших ужас и страдания самого страшного террористического нападения в Америке.

11 сентября, которое выпадает на воскресенье, музыка будет нести послание и память, когда общинная христианская церковь проведет бесплатный «Концерт памяти» в честь покойного Тодда Уивера.

В этом году исполняется 15 лет со дня террористических атак, в результате которых погибло 2977 человек в Нью-Йорке; Вашингтон, округ Колумбия.; и Шанксвилл, Пенсильвания.

Уивер, выросший в христианской общине, погиб, работая в башнях-близнецах на Манхэттене. Его родители, Деннис и Мэрилин Уивер, остаются членами церкви.

Пятнадцать лет

Хор дирижирует Джон К. Хейворд, энергичный служитель музыки христианского сообщества. Он учитель музыки на пенсии и хормейстер в средних школах Гувера и Северо-Запада.

«Я не думаю, что мы получили какое-то большое признание» Тодда Уивера, — сказал он. — Я просто хотел сделать что-то особенное. В этом районе все еще много выпускников средней школы Гувера, которые помнят Тодда.

Хоровой зал был почти готов к первой репетиции.

«Мы здесь делаем это для Тодда Уивера, — напомнил хору Хейворд». Трудно поверить, что мы воевали 15 лет. Я подумал, что сейчас хорошее время для этого ».

Хейворд описывает Ткачей как« крепкую семью и хороших христиан, которые сделают для вас все, что угодно.«

Мэрилин Уивер, — сказал он, — является членом церковного хора, но не будет участвовать в концерте. Еще в 1990-х годах дочь пары, Марджи, была участницей Hoover Hi-Lo под руководством Хейворда.

Кем был Тодд?

Тодду К. Уиверу было всего 30 лет, когда он умер. Он учился в школах North Canton City до второго года обучения, когда перешел в Western Reserve Academy в Гудзоне. Он окончил университет Майами и получил степень магистра делового администрирования. из Чикагского университета.На момент смерти он работал в Fiduciary Trust International. В 1994 году Уивер и его жена Эми переехали в Японию, где преподавали английский язык. Уивер написал несколько статей для The Repository, в которых подробно описал свой опыт.

Хейворд сказал 15:00. В программе хора прозвучат классические и современные гимны и любимые им произведения, в том числе «Глория» Вивальди. Они также исполнят «Гимн посвящения» Уоррена Мартина, одного из бывших профессоров Хейворда в Вестминстерском хоровом колледже в Принстонском университете.

«Это песни, которые что-то значили для меня и моего хора», — сказал он.

Среди других произведений — «Аллилуиа» Рэндалла Томпсона и «Пробуждение» Джозефа Мартина.

Барб Германн, пожизненный член христианской общины и друг Ткачей, поет в хоре.

«Это замечательная семья», — сказала она.

Германн отметил, что баннер, выставленный в святилище церкви, был подарен в память Уивера сестринской церковью в Пуйаллапе, штат Вашингтон.

Репетиции с 10 до 11:30 каждую субботу. Церковь находится по адресу 210 N. Main St.

. Достигните Charita по телефону 330-580-8313 или [email protected]

В Твиттере: @cgoshayREP

Fringe Association — Страница 12 из 268

Впервые я встретил Дениз Байрон в Instagram около года назад, когда она только научилась шить и поражала всех своими навыками. Несомненно, ее опыт в вязании и индустрии моды были факторами, но, например, было потрясающе, как быстро она создавала свой собственный изобретательный комбинезон.А вы видели ее схемы для вязания? Шикарный прошлогодний Cardizen только что пополнился умной помесью головного платка и банданы — Hatdana. (Прямо в мою очередь!) Еще больше в разработке.

Помимо своих безмерных талантов, Дениз на самом деле может быть самым дружелюбным человеком, которого я когда-либо встречал. Мне понравилось узнавать ее получше в последние месяцы, и я очень рад, что могу поделиться ее историей с помощью этих вопросов и ответов. Чтобы не отставать от Дениз, подписывайтесь на @bayronhandmade.

. . .

Вы вяжете крючком, w карниз, прядете, красите, шьете…?

Вяжу, вяжу крючком и шью. Я научилась вязать крючком у соседки, когда мне было 4 года. Я часто тренировался, и мне очень нравилось это делать, но я потерял эту привычку, когда стал подростком. Я снова поднял его в последние годы.

Как молодая женщина, живущая в Нью-Йорке, я много лет работала в индустрии моды в качестве вице-президента агентства по связям с общественностью.Корпоративная суета не позволяла много зарабатывать. Хуже того, я усвоил противоречивое сообщение о том, что качественная одежда и дорогая, и одноразовая после сезона. Быстрая мода снизила мою самооценку из-за недостижимых ожиданий. Поэтому я уволился с работы, чтобы заняться более значимой работой в индустрии личного оздоровления. По иронии судьбы, уход из индустрии моды позволил мне шить одежду вручную.

Несколько лет спустя я переехал из Нью-Йорка в Мэдисон, штат Висконсин. Я был в новом городе, и у меня не было друзей.Через несколько дней после переезда я посетил фестиваль справедливой торговли. Первым, кого я встретил, была женщина, вязальщица и руководитель местной организации справедливой торговли. Я спросил ее, могу ли я стать волонтером в ее компании. Я также спросил ее, будет ли она моим другом. Я удивлен, что она не побежала в обратном направлении! Я работал в этой организации на полставки около 5 лет. Меня окружали предметы, созданные мастерами и фермерами со всего мира. Я начал ценить красоту вещей ручной работы, их долговечность, их внутреннюю и сентиментальную ценность, а также уроки культуры, которые можно передать через ремесло.

Благодаря моей волонтерской работе мне предоставили визу для работы с партнером-ремесленником в Таиланде. Партнер управлял совместным бизнесом, состоящим из женщин из горных племен северного Таиланда. Моим заданием было обучать женщин английскому языку и маркетинговым стратегиям, чтобы они могли конкурировать в глобальной экономике. Эти женщины творили магию руками. Мне тоже нужно было у них многому научиться! После занятий я осталась смотреть, как они шьют, вяжут и вышивают красивые вещи. Я продолжал путешествовать по восьми странам и имел аналогичные обмены в Мьянме и Индонезии.Время, которое я потратил на обучение ремеслу у опытных мастеров, изменило мою жизнь и точку зрения.

Когда я вернулась в США, я продолжила развивать свои навыки вязания. Однако шитье все еще было на заднем плане. Все изменилось, когда я переехал в Калифорнию четыре года назад. Я оказался в районе залива Сан-Франциско, где есть богатое и разнообразное сообщество производителей. Я искала местный магазин пряжи и нашла самый очаровательный магазин — A Verb For Keep Warm! Это было в нескольких минутах ходьбы от моего дома.Боже мой, в двух шагах от рая, верно ?? !! В магазине проводится ежемесячная встреча производителей под названием Seam Allowance. Встреча — это своего рода «шить и рассказывать», когда участники обязуются сделать 25% своего гардероба вручную. Я был потрясен качеством совместных проектов в группе, и я был невероятно вдохновлен. Я был полон решимости попробовать свои силы в шитье. Я вышла из магазина с выкройкой Сони Филип, дизайнера «100 актов шитья». Четкие инструкции по выкройке и обучающие видеоролики Сони помогли мне завершить мой первый проект по шитью — пару штанов! Этот успех придал мне смелости продолжать шить, а позже попробовать свои силы в рисовании.

Расскажите о своих предпочтениях в отношении инструментов и недостатках.

В мире грез я моногамная вязальщица с одним набором деревянных спиц и пряжей, достаточной только для вязания проекта, над которым я сейчас работаю. Фактически, в реальном мире у меня есть только один набор сменных игл. Однако мне нужно больше кабелей для удержания нескольких WIP.

В прошлом интервью я выразил свою неприязнь к щелканью металлических игл. Никогда не говори никогда, потому что мне пришлось съесть ворону после работы над недавним кружевным проектом.Я обнаружил, что ищу в Интернете Addi Turbo Rockets. Я не покупала их, но мое маленькое сердце так сильно их хочет.

Как вы храните или систематизируете свои инструменты? Или ты?

Я стараюсь свести количество инструментов к минимуму и покупать самые качественные и самые красивые инструменты, которые я могу себе позволить. Что касается организации, я храню свою пряжу в двух корзинах на моем швейном столе. У меня также есть одна книжная полка, где я храню свои проекты по ткани и ручному вязанию. Рядом с этой книжной полкой я держу пару кусков ткани на полу.Местный друг и владелец магазина предложил мне продать 120 ярдов тенсела за 100 долларов! Это предложение было очевидным, поэтому я немедленно нарушил свои собственные правила минимализма и поспешил к ней домой, чтобы забрать их. Еще она подарила мне хлопок, лен и шерсть высокого качества. Это был общий балл!

Как вы храните или систематизируете незавершенное производство?

Я живу в крошечной квартирке в Окленде. У меня нет специальной студии для работы. Моя кровать находится в двух футах от моего рабочего места.Я поставил два длинных стола Ikea рядом, чтобы образовалась одна длинная поверхность вдоль стены. Здесь я крою ткань, шью, вяжу, работаю за ноутбуком и пью горячий кофе. Многозадачность иногда означает, что на обеденном столе есть ткань, пряжа в корзинах под моим любимым креслом, а макулатура на кровати. Это не всегда красиво, но дело удается. Я должен поблагодарить своего партнера, самого организованного человека, которого я знаю. Он чистит и сортирует, а я ругаюсь на пропущенные стежки на иглах и сортирую выкройки.

Есть ли среди ваших инструментов какие-нибудь особо ценные вещи?

Чаще всего я использую сменные иглы Lykke, ножницы Gingher и ножницы Merchant and Mills. Я люблю ограничители петель Cocoknits. Я также использую черные маркеры петель Magpie, которые выглядят как большие английские булавки, как хранители прогресса. В этом году я также купила новую вязальную сумку. Это сумка через плечо от проекта Twig and Horn. У меня есть полевая сумка Fringe Supply Co. подходящего цвета ириски и кожаная сумка для инструментов Fringe.Теперь все под стать и красиво.

Сказав это, я обычно хранил свои проекты в сумке Ziploc внутри потрепанного рюкзака Fjallraven. Хотя мне нравятся красивые сумки, а для раскроя ткани необходимы острые ножницы, я хочу избежать повторения негативных сообщений, которые я получил от индустрии быстрой моды. Больше не всегда лучше.

Вы одалживаете свои инструменты?

Не совсем. Не потому, что я дешев, а потому, что никогда не приходил.У всех моих друзей-создателей есть свои прекрасные инструменты!

Какое ваше любимое место для вязания / шитья / вращения / покраски / чего угодно?

Я делаю большую часть работы дома. Мой дом маленький, но уютный. Здесь чисто, тихо и приятно пахнет. Моя новая любимая свеча — Teakwood от Wax and Wool. Я пробовала вязать в кафе и в парке, но на самом деле мой дом — это мой рай.

Какое влияние на вас оказывают времена года?

вяжу круглогодично.Некоторые вязальщицы жалуются на работу с шерстью летом, но я живу в Калифорнии. Ночью дует холодный прибрежный ветер, что является идеальным климатом для вязания. Я обычно шью весной и летом. В этом году хочу попробовать свои силы в пошиве купальника. Я положил глаз на купальник Sophie Swimsuit от Closet Case Patterns.

У вас есть темный секрет, виноватое удовольствие или странная причуда, когда дело касается ваших волоконных поисков?

Никаких темных секретов.Причуды? Их куча! Я люблю нейтральные цвета и работаю исключительно с ними. Если в моем тайнике есть много цветов, это, вероятно, для подарка. Я также ищу пряжу и ткани, которые не сильно линяют. Я стараюсь избегать ворса, потому что мои волосы уложены в локоны. В результате я держусь подальше от мохера и альпаки. Я понимаю, что упускаю из виду, потому что «нимб» красив, но я не хочу, чтобы волокна застревали в моих волосах!

Над чем вы сейчас работаете?

В данный момент я редактирую видео с практическими рекомендациями по вязанию нового узора под названием #hatdana. Hatdana — это уникальный и универсальный аксессуар, который одновременно практичен и красив. Он работает как бандана, удерживая волосы от лица, но надевается, как шляпа. Его также можно носить как капюшон с банданой спереди, как платок. Я каждый день на этой неделе делился подглядками в Instagram в ожидании релиза. Я так благодарен за положительный прием, который он получил до сих пор.

Я только что завершил тестирование другого шаблона, и у меня в очереди есть несколько других дизайнов.Моя тарелка из пословиц полна, и мое сердце счастливо. Спасибо, что позволили мне поделиться с вами своими идеями.

. . .

Спасибо, Дениз!

.

ПРЕДЫДУЩИЙ в наших инструментах, сами: Иззнит

Фото © Дениз Байрон, использовано с разрешения

Хейворд, Дженнифер: 9780373133017: Amazon.com: Книги

Отмеченная наградами писательница ДЖЕННИФЕР ХЭЙВАРД вышла на издательскую арену победителем глобального конкурса сочинений «Так ты думаешь, что можешь писать» Арлекина.Получатель награды Reviewer’s Choice от журнала Romantic Times за лучший подарок для арлекина 2014 года. Карьера Дженнифер в журналистике и PR, включая годы работы вместе с влиятельными, харизматичными руководителями и путешествия по миру, стала идеальной пищей для динамичных и сексуальных историй, которые ей нравятся. написать.

День, когда манифест Джареда Стоуна вызвал международное женское возмущение, оказался, к сожалению для Стоуна, медленным днем ​​новостей. К 5:00 утра в четверг, когда, как считалось, сексуальный миллиардер из Кремниевой долины бежал по тропинкам в парке Золотые ворота в Сан-Франциско, как он делал это каждое утро в начале дня без подключения к Интернету, его манифест был разговором за ужином в Москве. .В Лондоне, когда шикарно одетые офисные работницы сбегали из кирпичных и стальных зданий в поисках обеда, его возмутительное состояние союза женщин XXI века было на слуху, и он говорил тихим, недоверчивым тоном во время спуска в лифте. до уровня земли.

А в Америке, где возмущение было сильнее всего, женщины, которые всю свою карьеру потратили на поиски топ-менеджера, но оказались заблокированными стеклянным потолком, сквозь который, казалось, невозможно было проникнуть, недоверчиво уставились в свои смартфоны. Может быть, это была шутка, некоторые сказали. Кто-то, должно быть, взломал электронную почту Стоуна, сказали другие. Меня совсем не удивляет, вмешался последний контингент, многие из которых встречались со Стоуном в неуловимом квесте, чтобы найти самого востребованного холостяка в мире. Он холодный ублюдок. Я только удивлен, что его настоящие полосы не появились раньше.

За своим столом в 7:00 утра в здании Stone Industries в Сан-Хосе Бейли Сент-Джон не обращала внимания на огненную бурю, которую создавал ее босс.Намереваясь пробиться сквозь собственный стеклянный потолок и вооружившись дымящимся американо для этого, она скользнула в кресло с такой грацией, насколько позволяла ее юбка-карандаш, с утренней дозой оптимизма, которая сегодня была бы другой. и щелкнула на своем ПК.

Она сонно смотрела на экран, пока ее компьютер загружался. Сделала глоток крепкого едкого напитка, который неизбежно приводил ее мозг в рабочее состояние, когда она нажимала на свою почтовую программу. Электронное письмо ее подруги Арии под названием «OMG» заставило ее приподнять недавно выщипанную и совершенную бровь.

Она открыла его. Горячий глоток кофе, который она только что сделала, застрял где-то в ее горле. Миллиардер Playboy спровоцировал международный инцидент своим манифестом о женщинах, прокричал заголовок сайта разнообразных новостей, который посещал каждый в Кремниевой долине. Утечка манифеста «язык в щеку» его товарищам делает взгляды Стоуна на женщин в зале заседаний и в спальне откровенно ясными.

Бейли рывком поставила кофе и открыла манифест, который уже собрал два миллиона просмотров. Правда о женщинах, , который, очевидно, никогда не предназначался никому, кроме ближайшего окружения Джареда Стоуна, теперь был непристойным развлечением всего мужского населения. Когда она начала читать смелый, красноречивый тон ее босса, она чуть не упала со стула.

Проведя время и поработав с множеством женщин со всего мира и достигнув возраста, когда я чувствую, что могу составить окончательное мнение по предмету, я пришел к выводу. Женщины лгут.

Они говорят, что хотят быть равными в совете директоров, хотя на самом деле за последние пятьдесят лет ничего не изменилось. Несмотря на все их призывы к обратному, несмотря на их возмущение по поводу ограничений, которые накладывает на них «так называемый» стеклянный потолок, они на самом деле не хотят заключать сделку и не хотят организовывать слияние. . Они хотят быть как дома в доме, который мы предоставляем, и вести образ жизни, к которому они привыкли. Им нужен мужчина, который позаботится о них и устроит им жаркую ночь между простынями и бриллиантовыми украшениями через определенные промежутки времени.Кто помешает им бесцельно плыть по жизни без компаса…

Бесцельно плыть по жизни без компаса? Щеки Бейли вспыхнули. Если и есть способ, которым нельзя описать ее жизнь, так это он. Последние двенадцать лет она потратила как можно больше между собой и своими угнетающими корнями с низким доходом, делая невозможное и получив степень магистра делового администрирования, прежде чем подняться по служебной лестнице. Сначала в небольшом стартапе из Кремниевой долины, а затем последние три года в отраслевой любимице Джареда Стоуна — компании по производству бытовой электроники.

И на этом ее быстрое развитие остановилось. В качестве директора по продажам компании Stone Industries в Северной Америке она провела последние восемнадцать месяцев в поисках должности вице-президента, которую Стоун, похоже, решил не давать ей. Она работала усерднее и впечатляюще, чем любой из ее коллег-мужчин, и было признано, что должность вице-президента должна была принадлежать ей. Вот только Джаред Стоун, похоже, так не считал — он отдал работу кому-то другому. И эта боль исходит от человека, на которого она так мечтала работать, — гения-резидента Кремниевой долины.

Почему он не уважал ее, как все?

Ее кровь накалилась до бешенства; пузырилась, кипела и грозила перерасти в выражение неконтролируемой ярости. Теперь она знала почему. Потому что Джаред Стоун был мужчиной-шовинистом. Худший представитель породы Кремниевой долины.

He был… ужасен.

Она сунула в рот глоток чрезмерно сильной явы, прежде чем полностью потеряла его, и снова ударила чашкой по столу.Она перевела взгляд на экран своего компьютера и увидела «правила» для женщин, которыми Джаред одарил мужское население.

Правило № 1 — Все женщины сумасшедшие. И под этим я подразумеваю, что они думают совершенно чуждым от нас образом, который также мог бы прийти с другой планеты. Вам нужно найти наименее сумасшедшего, с которым вы сможете жить. Если вы решите остепениться, чего я не защищаю, имейте в виду.

Правило № 2 — Каждой женщине нужно кольцо на пальце и белый штакетник.Независимо от того, что она говорит. Неплохо для состояния нуклеарной семьи или для вас, если вы уже на этой траектории. Но ради бога знай, во что ты ввязываешься.

Правило № 3 — Каждой женщине нужен лев в спальне. Она хочет, чтобы над ней доминировали. Она хочет, чтобы вы полностью контролировали ситуацию. Она не хочет, чтобы вы прислушивались к ее «потребностям». Так что хватит повторять эту ошибку. Будь мужчиной.

Правило № 4 — Каждая женщина начинает свой день с повестки дня.Причина, пункт, который нужно вычеркнуть из ее списка, неизбежное завершение кампании, которую она проводила. Это может быть бриллиантовое кольцо, больше вашего времени, ваше признание того, что вы действительно согласны встретиться с ее матерью … Что бы это ни было, возьмите это у меня, просто скажите «да» или попрощайтесь. И знайте, что попрощаться может быть намного дешевле в долгосрочной перспективе.

Бейли перестала читать из-за своего кровяного давления. Здесь она беспокоилась, что проблема была в личностном конфликте, который разделяли они с Джаредом, который, по общему признанию, был интенсивным.То, что сдерживало ее. Об их желании разрывать друг друга каждый раз, когда они вместе заходили в зал заседаний, в компании ходили легенды, но это было не так. Нет — на самом деле он не уважал всю женскую расу.

У нее даже не было шанса.

Три года, она злилась, хмуро глядя на экран своего компьютера, когда она вытащила пустой документ. Три года она проработала на этого эгоцентричного придурка, наращивая продажи на внутреннем рынке его чрезвычайно популярных сотовых телефонов и компьютеров… Для чего? Все это было пустой тратой времени в карьере, в которой тикали часы.Она поклялась, что станет генеральным директором к тридцати пяти годам. Хотя это видение, казалось, быстро угасало …

Она сжала губы и начала печатать. Для кого это может касаться: я больше не могу работать в организации с этой свиньей у руля. Это противоречит всем руководящим принципам, которые у меня когда-либо были. Она продолжала идти, писала письмо, не сдерживаясь, пока ее кровь не остыла и ее ярость не прошла. Затем она сделала вторую версию, которую могла передать HR.

Она не работала на Джареда Стоуна.За эту красивую и надменную работу. Ни минуты больше. Каким бы блестящим он ни был.

Джаред Стоун был в приподнятом настроении, когда припарковался на стоянке Stone Industries, собрал свой портфель и прошел через сверкающие стеклянные двери. Пятимильный пробег по парку, долгий горячий душ, электрошокер и относительно спокойная поездка — все это могло сделать это для мужчины.

Он напевал плохую версию песни, которую только что услышал по радио, когда он шагал к лифту, ведущему к центру элегантного здания с блестящей архитектурой.Когда жизнь была такой хорошей, когда он был на высоте, собираясь заключить контракт, который заставит замолчать всех его критиков, укрепит его контроль над своей компанией, он чувствовал себя непроницаемым, непробиваемым, непобедимым, , как если бы он мог прыгнуть в высоту. здания в одном направлении, решат все мировые проблемы, принесут мир во всем мире, даже если дать материал для работы.

Позолоченный луч сияния для всех.

Он просунул руку между закрывающейся дверью лифта и добился входа в наполовину заполненный вагон.Поприветствовал полдюжины сотрудников внутри мегаваттной улыбкой, которую любила уловить пресса, и мысленно отметил, кто прилагает дополнительные усилия, приходя раньше. Джеральд из финансового отдела одарил его дерзкой ухмылкой, как будто они поделились своей шуткой. Дженнифер Томас, штатная сотрудница одного из вице-президентов, который обычно любил его обаяние, внимательно посмотрела на его дружелюбное «доброе утро» и пробормотала что-то невнятное в ответ. Женщина из юридического отдела, ее звали , отвернулась от него.

Странно.

Странная атмосфера только усилилась, когда двери на исполнительные этажи открылись, и он направился через все еще тихое место в свой офис. Другой PA одарил его самым странным взглядом. Он посмотрел вниз. Был ли у него силовой тряску на передней части рубашки? Зубная паста на лице?

Пятна от тряски исключены, он нахмурился, глядя на своего пятидесятилетнего помощника капитана Мэри, когда она передавала ему его сообщения. «Что неправильно сегодня у всех? Солнце светит, продажи растут.

Мэри моргнула. «Вы не были в сети, не так ли?»

«Вы знаете мою теорию по этому поводу, — терпеливо ответил он. — Я провожу первые пару часов своего дня в поисках своего центра. Семь тридцати скоро достаточно, чтобы понять, какое безумие постигло мир ».

« Хорошо, — пробормотала она. Он будет здесь в одиннадцать.

Джаред сдвинул брови при упоминании председателя совета директоров Stone Industries.«У меня с ним ничего не запланировано».

«Теперь поймешь», — сказала она. «Джаред… я…» Она отложила ручку и посмотрела на него прямо. «Ваш документ , ваш манифест , просочился в Интернет вчера вечером».

Он почувствовал, как кровь стекает с его лица. Он написал всего два манифеста в своей жизни. Один, когда он основал Stone Industries и изложил свое видение компании, а второй — личная шутка, которой он поделился со своими ближайшими друзьями вчера вечером после особенно забавной вечеринки с парнями в городе.

Он не предназначался для общественного потребления.

Судя по выражению лица Мэри, она была , а не , говоря о манифесте Stone Industries.

«Что значит утечка?» — медленно спросил он.

Она откашлялась. «Документ… весь документ разлетелся по сети. Моя мать отправила его мне по электронной почте сегодня утром. Она спросила, чем я занимаюсь для вас».

Ему пришла в голову мысль, что все это невозможно, потому что его приятели никогда не сделали бы с ним этого.Не из-за шутки, предназначенной только для их глаз ____ Кто-то взломал его электронную почту?

Он посмотрел на пачку сообщений в руке, его грудь сжалась. «Насколько плохо?»

Ее губы поджались. «Это везде».

Думая, что, возможно, он, наконец, зашел слишком далеко в своей склонности к нагнетанию вещей, он знал правду, когда его наставник и советник Сэм Уолтерс вошел в его офис три часа спустя, а юридическая и PR-группа Джареда стояли за ним. Шестидесятипятилетний финансовый гений не выглядел удивленным.

Джаред жестом посадил их на стулья и попытался нанести превентивный удар. «Сэм, это огромное недоразумение. Мы сделаем заявление, что это была шутка, и завтра ее не будет».

Его вице-президент по связям с общественностью Джули Уолкотт приподняла бровь. «У нас два миллиона хитов, Джаред. Женщины угрожают бойкотировать нашу продукцию. Это никуда не денется».

Он откинулся на спинку стола, живот, над которым он работал сегодня утром до предела, сжался из-за его ужасающего отсутствия суждения при написании этих слов на бумаге.Но он никогда не проявлял слабости. Особенно сейчас, когда мир хотел съесть его заживо. «Что вы предлагаете мне делать?» — протянул он со своей обычной чванливостью. «Умолять женщин о прощении? Встань на колени и поклянись, что я не это имел в виду?»

«Да».

Он недоверчиво посмотрел на нее. «Это была шутка между друзьями . Обращение к ней придает достоверность ».

«Теперь это шутка между тобой и всей планетой», — сухо сказала Джули. «Решение этой проблемы — единственное, что сейчас может вас спасти.«

Болезнь в животе усилилась. Сэм скрестил руки на груди.» Это имеет юридические последствия, Джаред. Последствия для прав человека… И, кроме того, как мне не нужно напоминать, дочь Давиде Ганьона является членом-учредителем женской организации. Ей это не понравится ».

Руки Джареда сжали деревянную кромку своего стола. Он был хорошо осведомлен о членстве в совете директоров Мишлин Ганьон. Дочь генерального директора крупнейшего в Европе ритейлера бытовой электроники Maison Electronique, с которой была связана Stone Industries. преследует новаторскую пятилетнюю сделку по расширению своего глобального присутствия — был активным социальным комментатором.Ей было бы , а не было бы забавно. Но на самом деле… это была шутка .

Он глубоко вздохнул. «Скажи мне, что нам нужно делать».

«Нам нужно принести извинения», — сказала Джули. «Представьте это как личную шутку с дурным тоном. Скажите, что это не имеет ничего общего с вашим настоящим взглядом на женщин, который на самом деле является одним из самых уважительных».

«Я да уважаю женщин», — вставил он. «Я просто не думаю, что они всегда честны со своими чувствами».

Джули пристально посмотрела на него.»Когда в последний раз вы вводили женщину в исполнительный комитет?»

Никогда. Он провел рукой по волосам. «Дайте мне женщину, которая принадлежит ему, и я поставлю ее туда».

«А как насчет Бейли Сент-Джон?» Сэм приподнял густые брови. «Кажется, вы единственный, кто думает, что она не заслужила место вице-президента».

Джаред нахмурился. «Бейли Сент-Джон — особый случай. Она не готова. Она думает, что она была готова , рожденная , но это не так».

«Тебе нужно сделать жест », — подчеркнул Сэм, его тон стал жестким.«Ты сейчас на тонком льду, Джаред». Во всех отношениях, казалось, намекает на это глубоко морщинистое лицо его наставника. «Дайте ей работу. Приготовьте ее ».

«Это неправильный выбор», — резко отверг Джаред. «Ей еще нужно повзрослеть. Ей всего двадцать девять, ради всего святого. Сделать ее вице-президентом — все равно что пустить петарду».

Сэм снова приподнял бровь, как будто хотел напомнить ему, насколько скудной была его поддержка на доске прямо сейчас. Как будто ему нужен , напоминающий , что его контроль над компанией, которую он превратил из крошечного стартапа в мирового игрока, находится под угрозой. Его компания.

«Дай ей работу, Джаред». Сэм равнодушно посмотрел на него. «Сгладьте ее огрубевшие края. Не потратьте десять лет упорной работы на свою склонность к самовозгоранию».

Калифорнийских некрологов с коронавирусом: жизни потеряли из-за COVID-19

Когда Таурино и Сильвия Ривера были похоронены под калифорнийским перцовым деревом в пятницу утром, их белые гробики были окружены их тремя сыновьями и невестками и

семеро внуков, членов церкви, которую они основали в Сан-Диего, и пасторов, которые сблизились с ними за годы их служения.

Супруги, которые выросли вместе в маленьком городке в Оахаке и с тех пор неразлучны, были похоронены вместе после того, как умерли за несколько недель до COVID-19. Сначала опустили гроб Таурино, а потом его жену.

Пропал без вести их четвертый сын, Исмаэль Ривера, который наблюдал за заключительными моментами церемонии по телефону, стоя у ресторана в Тихуане. Хесимиэль Ривера, третий сын, держал телефон над могилой, пока его брат рыдал на другом конце линии Zoom.

«В тот момент тысячи мыслей пронеслись в моей голове, и оставался один вопрос — почему?» — сказал Исмаэль Ривера, предпочитающий имя Исаак.

Второй из четырех братьев и сестер, Исаак, не видел своих родителей почти десять лет. Он отсчитывал время до лета 2021 года, когда ему больше не будет запрещен въезд в Соединенные Штаты и он сможет запросить визу для посещения своей семьи. Его родители не находились в США по закону и не могли переехать на юг, чтобы увидеть его.

На похоронах старший сын Джоэл прочитал письмо отца Сильвии из Оахаки, который не видел свою дочь с тех пор, как она уехала примерно 30 лет назад. Его руки дрожали, когда он держал листок блокнота.

«Я люблю тебя вечно», — прочитал он по-испански. «Я понесу тебя в своем сердце».

Семья Риверы иммигрировала в Соединенные Штаты в начале 1990-х годов, когда четыре брата были маленькими детьми. Они сделали City Heights в Сан-Диего своим новым домом.

Сильвия и Таурино вместе начали работать в McDonald’s и встали уже в 3:30.м. приходить вовремя на утреннюю смену.

У семьи не было много денег, но сыновья сказали, что их родители всегда находили способ отмечать дни рождения и заботиться о них. И даже до того, как родители перешли на работу пасторов на полную ставку, вера была важной частью семейной жизни.

Иесимиил, вспомнил, как в детстве сидел на полу и смотрел, как его отец играл на гитаре песни прославления.

«Просто увидеть такого большого папу, песню и его голос, а потом все вокруг, взрослые просто хлопали в ладоши и пели — все было так радостно», — сказал Джесимиэль.«Я помню, как в тот момент почувствовал себя в волшебном месте».

Он также вспомнил, как подростком ходил вместе со своим отцом на служение в реабилитационный центр, и то, как слова отца успокаивали тамошних людей.

Таурино водил Даниэля Риверу, младшего из четырех сыновей, на уроки игры на фортепиано в детстве, и они играли вместе. В конце концов Даниил тоже стал пастором.

Семейный дом заполнялся людьми, которым требовалась помощь — диван, на котором можно было спать, немного еды из холодильника.

«Они оставили большое наследие для меня и моих братьев, — сказал Исаак.

Вспоминая свою мать, каждый сын вспоминал интимные моменты, когда они были с ней наедине, а также безопасность и любовь, которые они чувствовали в ее присутствии.

Даже когда Иесимиил стал взрослым, она всегда могла чувствовать, когда его что-то беспокоило.

«Я мог скрывать вещи от папы, но никогда от мамы», — сказал он.

И, конечно же, они запомнили ее еду — ее чилакилес, ее атоле, ее острый куриный суп и ее родинку.

Братья не могут пересечь границу, чтобы утешиться с Исааком, не застряв за пределами США, хотя на данный момент все трое находятся под защитой программы отложенных действий в связи с прибытием детей в детство, или DACA, которая предоставляет разрешения на работу и временную защиту от депортации в иммигранты без документов, приехавшие в Соединенные Штаты в детстве.

В 2011 году, за год до создания программы, Исаака остановили на одном из контрольно-пропускных пунктов пограничного патруля, разбросанных по юго-западу Соединенных Штатов, и в итоге он добровольно вернулся в Мексику.Из-за иммиграционного законодательства США ему было запрещено возвращаться как минимум на 10 лет.

«Что меня очень огорчает, так это то, что последние 10 лет меня не было рядом, чтобы сказать им, как сильно я их люблю, как много они значили для меня, очень крепко обнимая их и говоря им:« Я люблю тебя » , Папа. Я люблю тебя, мама », и я присутствую там в День матери и День отца, а также в годовщину их свадьбы и дни рождения», — сказал Исаак. «И теперь этого никогда не произойдет».

Одна из вещей, которая сейчас утешает его, — это то, что даже после смерти его родители все еще вместе.

«Куда бы они ни пошли, они были двумя людьми, склеенными вместе, — сказал Исаак. «Теперь они навсегда вместе на небесах, и это делает меня счастливым. Это единственное, что меня радует «.

В 2011 году Таурино и Сильвия основали церковь под названием Fe Esperanza y Amor — вера, надежда и любовь — и, по словам оставленных ими членов церкви, они воплотили эти ценности в своей работе.

После праздников Даниэль первым из семьи Ривера проявил симптомы COVID-19.Он был госпитализирован, за ним последовали его мать Сильвия, а затем его отец Таурино.

Хотя Даниэль выздоровел, Сильвия и Таурино остались на искусственной вентиляции легких. Рано утром 1 февраля Таурино скончался, и семья начала горевать и планировать его похороны.

Сильвия, похоже, поправилась. Врачи отключили ее от аппарата искусственной вентиляции легких и перевели в реабилитационный центр.

Никто не сказал Сильвии о смерти Таурино, но многие считают, что она догадалась сама и последовала за ним.

«Я думаю, в каком-то смысле она знала, потому что у моих родителей была сильная связь», — сказал Дэниел.

Рано утром 19 февраля Исааку позвонили братья из-за границы.

Его мать тоже умерла от вируса. Он сидел в своей машине и плакал.

«Я едва справлялся с ситуацией с моим отцом», — сказал Исаак. «Глубоко внутри мне больно, глубоко внутри я разбита на множество осколков. Я не знаю, как мне снова прийти в себя «.

Даниил сейчас является пастором в Fe Esperanza y Amor в дополнение к его собственной церкви в Сан-Маркос.Во время своей первой воскресной проповеди там после смерти отца он сказал церкви, что они будут следовать руководству, которое дал им его отец, — служить Богу и жить в мире.

Он призвал их найти утешение в одном из самых распространенных припевов Таурино. «Бог есть добро все время.»

Кейт Моррисси

Хейворд Филд готов к легкой атлетике

Изображение: Орегонский университет

Завершены работы по преобразованию стадиона Hayward Field Орегонского университета (UO’s) (США) в элитное легкоатлетическое сооружение, готовое стать центром перенесенного чемпионата мира по легкой атлетике .

В апреле 2020 года World Athletics объявил, что его чемпионат мира в Юджине, штат Орегон, теперь состоится с 15 июля -го -24 -го , 2022, на год позже, чем планировалось изначально. Отсрочка была подтверждена после того, как Международный олимпийский комитет (МОК) объявил, что Олимпийские игры 2020 года в Токио были перенесены на 2021 год из-за проклятия COVID-19, которое по-прежнему вызывает огромные разрушения во всем мире. Чемпионат Евгения изначально был запланирован на 6 августа -15 , 2021.

Орегонский университет — государственный флагманский исследовательский университет в Юджине, штат Орегон, США. Hayward Field — исторический легкоатлетический стадион на северо-западе США, расположенный на территории кампуса Орегонского университета в Юджине, штат Орегон.

Чемпионат мира по легкой атлетике — это соревнование по легкой атлетике, проводимое раз в два года организацией World Athletics — международным руководящим органом по легкой атлетике, охватывающим легкую атлетику, бег по пересеченной местности, шоссейный бег, спортивную ходьбу, горный бег и ультралегкий бег. Бег.

Университет вернул себе арену, в которой была проведена реконструкция на сумму более 200 млн долларов (161,1 млн фунтов / 178,4 млн евро), полностью финансируемых за счет частных пожертвований под руководством выпускника UO Фил Найта , соучредителя американской компании по производству спортивной одежды Nike. , и его женой Пенни, а также подарки от более чем 50 жертвователей.

Реабилитационные работы

начались в июне 2018 года, и University of Oregon надеется, что новый вид Hayward Field установит новый стандарт для спортивных стадионов, создав тренировочные и соревновательные объекты мирового класса для студентов-спортсменов.

Стадион, вмещавший 8 500 болельщиков, был расширен до 12 650 постоянных мест. Северная часть стадиона будет использоваться как место для большей части временных сидячих мест, необходимых для доведения вместимости до минимум 30 000 человек, необходимых для чемпионата мира .

Hayward Field первоначально был открыт как стадион для американского футбола в 1919 году, но с 1921 года использовался как стадион для легкой атлетики.

Следите за новостями Coliseum , чтобы быть в курсе последних новостей о бизнес-новостях заведений . Coliseum направлен на создание лучшего мирового сообщества руководителей и профессионалов спортивных и развлекательных заведений, создающих лучшие и более прибыльные заведения.

Станьте членом единственного Global Sports Venue Alliance и присоединяйтесь к стадионам, аренам и экспертам со всего мира. Подайте заявку на членство на странице coliseum-online.com/alliance и воспользуйтесь 365Coliseum Business .

Посмотрите 150 эксклюзивных видеороликов с полезными советами для вашего заведения.
«Предыдущая новость: Задержка строительства Венской арены возмущает Opp
»Следующие новости: Полицейские тренируются на Уэмбли, чтобы помочь

пострадавшим от коронавируса Кэмерон Катазаро Хейворд. Выстрел в голову (для домашней страницы)

Максим Белосерковский, солист Американского театра балета, получил танцевальное образование в Киевском балетном институте.В 1990 году он танцевал как ведущий солист Национальной оперы Болгарии, где оставался в течение одного года. С 1991 по 1994 год он был солистом балета Национальной оперы Украины и гастролировал с ними во многих странах, включая Францию, Германию, Испанию, Венгрию, Египет, Японию, Мексику, Канаду и США

.

Исполнил большинство главных ролей классического репертуара: Принца и Синюю птицу в «Спящей красавице»; Принц Зигфрид и Па-де-Труа в «Лебедином озере»; Альбрехт в «Жизели»; Ферхад в «Легенде о любви»; и Па-де-де из «Корсара», «Дон Кихота» и «Сильфиды».В 1993 году г-н Белосерковский был удостоен награды Президента Украины за выдающиеся художественные достижения. После прихода в Американский театр балета в 1994 году г-н Белосерковский стал солистом в 1995 году и был назначен ведущим танцором в 2000 году после блестящего сезона, в котором его неоднократно упоминали за свое превосходное артистизм, «(добавив) виртуозности своему чистому классическому стилю. . » (Анна Киссельгофф, The New York Times.) Его исполнение роли Базилио в «Дон Кихоте» было триумфальным: «Последний Дон Кихот в сезоне… имел (партнер и жену) Ирину Дворовенко и мистера Кихота.Белосерковского в потрясающем проявлении целостного артистизма и техники, в поистине безупречном и захватывающем исполнении ». (Киссельгоф, The New York Times.) В рецензии г-жи Киссельгофф на его «Дон Кихот» 1999 года его выступление было названо «совершенным, танцевавшим в возвышенной гармонии и с захватывающим дух стилистическим единством».

Зигфрид Белосерковского в новом «Лебедином озере» Театра балета также получил признание критиков: «Увидеть Ирину Дворовенко и Максима Белосерковского в главных ролях« Лебединого озера »означало увидеть, как два выдающихся танцора превзошли самих себя и усилили классику XIX века великолепной и яркой красотой. зрелая работа.«Задача руководителей — придать сюжету глубину своим танцем. Это то, что г-жа Дворовенко и г-н Белосерковский сделали с необычной технической полировкой ». (Нью-Йорк Таймс). Дженнифер Даннинг, рецензируя «Этюды» в The New York Times, цитирует г-на Белосерковского за его «мощную атаку в русском стиле, смешанную здесь, что характерно, с выигрышной ясностью линий и форм». Одинаково уверенный как в классических, так и в современных произведениях, г-н Белосерковский привносит изящное достоинство и элегантность в свои многочисленные роли.

В его репертуаре с ABT: Базилио и Эспада в «Дон Кихоте», Принц Дезире и Синяя птица в «Спящей красавице», Зигфрид в «Лебедином озере», Ромео в «Ромео и Джульетте», Альбрехт в «Жизели», Жан де Бриен в «Раймонде», Оберон в «Сне», главная партия. в теме с вариациями, Конрад и Ланкендем в «Корсаре», Камилла в «Веселой вдове», Кола в «Филе Маль Гарде», Ленский в «Онегине», Мисжир в «Снегурочке», Джеймс в «Сильфиде», Франц в «Коппелии», кавалер в «Щелкунчике», Аминта в Сильвии и принц в Золушке.Он также танцевал ведущие партии в фильмах «Умирающие листья», «Сиреневый сад», «Тусклый блеск», «Брюхский скрипичный концерт», «Моцартиана», «Симфония до мажор», «Симфонические вариации», «Сильфиды», «Этюды», «Аполлон», «Па-де-де -есс», «Баядерка» (действие II) и Вариации для четырех, а также Па де де Сильвии, Па де де Чайковского, Пахита.

Его атлетизм и стиль также принесли ему ведущие роли в важных современных произведениях: «Толчок Тарп приходит к власти», «Стихии» и «Вариации Брахамса-Гайдна», «Без слов» Начо Дуато и Ремансо, «Гробница Натали Вейр», «Напиток Марка Морриса для меня только с». Thine Eyes, Симфониетта Джири Килиана, Весна и осень Джона Ноймайера, Le Grand Pas de Deux Кристиана Спака, Клир Стентона Уэлча, Калейдоскоп Питера Кванца, Отвлечение ангелов Марты Грэм и Полдень фавна Джерома Роббинса.Г-н Белосерковский выступал в качестве приглашенного артиста с многочисленными труппами, включая Hamburg Ballet, Finnish Ballet, Rome Opera Ballet, Verona Ballet, Universal Ballet, а также с звездами Большого балета, а также был гостем с Асами Маки. и в Национальном театре в Токио. Он также появился в нескольких видеороликах и телевизионных программах по искусству, в том числе в передаче PBS об открытии Центра исполнительских искусств в Нью-Джерси, в партнерстве со своей женой, солисткой ABT Ириной Дворовенко, в Па-де-де «Лебединое озеро».Он был показан на обложках журналов Dance Magazine, Japanese Dance Magazine, New York Dance Fax и Pointe, а также в статьях в People, Dancing Times, Dance Review, Gotham, Good Housekeeping и Talk. Обладая отточенной техникой и уверенным сценическим мастерством, г-н Белосерковский легко справляется с техническими проблемами как классического, так и современного репертуара, что делает его одним из самых разносторонних танцоров Американского балетного театра. Он и г-жа Дворовенко — счастливые родители дочери Эммы Галины, родившейся в марте 2005 года.

Андреас Гурски и Джефф Уолл

Джефф Уолл Следует проводить различие между тем, что я назову «манерой» фотографирования для рекламы и большинства журнальных работ, и тем, что мы обычно принимаем как способ фотографирования, соответствующий критериям и установкам изобразительного искусства. . Не только различие, но и конфликт. Вы всегда можете сказать, когда фотограф работает в духе рекламы, даже когда кажется, что он или она делает что-то серьезное или пытается это сделать.Это сложный вопрос, потому что на самом деле нет никаких правил, и вещи, которые могут показаться очень коммерческими и даже нежелательными, оказываются действительно хорошими с художественной точки зрения — например, некоторые работы Роу Этриджа. Эта грань размыта с тех пор, как появился поп-арт. Но даже помня об этом большом затруднении и зная, что нет установленных правил, мы всегда должны иметь дело с этим различием. Поскольку вы начали там, где начали, вам, должно быть, приходилось иметь дело с этим с самого начала.

Андреас Гурски Я не просто был вынужден иметь дело с этой разницей, мне пришлось полностью освободить то, что я видел, от этой старой эстетики заказной фотографии. Как художники, наша работа — видеть изображения, освобожденные от существующих известных или приобретенных эстетических стандартов.

Я обнаружил, насколько сложно это было сделать, когда я начал работать в цифровом формате и начал создавать свои изображения. Когда я начинал, мне нужны были недели, месяцы, чтобы найти изображение .

Этридж и [Кристофер] Уильямс используют интересный подход к тому, чтобы слегка расстроить объект коммерческой фотографии.Однако эта концепция может развиваться только в одном направлении, и я считаю, что оригинальные изображения, которые они создали, более интересны.

JW Сейчас стало довольно обычным утверждать, что фотография, которую мы с вами делали в 1995 году или около того, уже не актуальна, то есть крупномасштабное цветное изображение, возможно, с использованием цифровой конструкции, в моем дело, связанное с некоторой формой «кинематографии», предназначенное для установления нового масштаба и идентичности фотографии, более близкой к другим видам изобразительного искусства.Понятно, что молодые художники чувствуют, что им нужно идти в другом направлении — к более явно видимой и воспитанной цифровой работе, меньшему масштабу, студийной работе, предполагающей различные виды ручной работы, и, конечно же, к решению вопроса о передаче изображений в Интернете. У меня такое чувство, что молодых художников отталкивают перспективы крупномасштабной работы со всеми сопутствующими проблемами — они считают, что это слишком связано с культурным зрелищем и всем подъемом фотографии 90-х годов как «музейного искусства».«Есть чувство сопротивления всему этому, вероятно, также из-за рыночного аспекта. Тем не менее, я чувствую себя близким к большей части новых работ и чувствую, что художники получили что-то положительное от того, что мы пытались сделать. Интересно также, насколько легко в этой работе можно провести различие между фотографией и другими вещами, такими как живопись или коллаж. Это отличается от того, которое настаивало на полной отделении фотографии от всего остального, с которым я вырос.Что вы думаете? Поскольку вы преподаете, вы, вероятно, ближе к ситуации, чем я.

AG Вы затронули ряд вопросов, по которым есть что сказать. Я понимаю ваше самокритичное сомнение, которое также иногда мучает меня, но тот факт, что мы реже появляемся в современном дискурсе или на бесчисленных биеннале, никоим образом не означает, что наши старые работы больше не актуальны. Я думаю, например, о The Storyteller (1986), одной из многих ваших работ, которые не утратили своего влияния за последние тридцать лет.Идея о том, что с помощью чисто фотографических средств можно создать художественный импульс, который так органично соединяется со многими вещами, которые я видел в истории искусства, она действительно поразила меня и вдохновила очень решительно. А еще был ошеломляющий размер, ясность формальной композиции и ваша концепция использования знакомого средства рекламной фотографии, чтобы что-то не сразу выглядело как искусство — критерий, который я часто рекомендую своим ученикам, и тот, который никогда не делал этого. т потерял хоть каплю своей валюты.Появление светового короба было гениальным ходом, который навсегда останется отличительной чертой вашей работы.

Мне кажется интересным, во-первых, что вы говорите о нашей работе . Какими бы разными ни казались наши работы по отдельности, я вижу между ними большую близость. Да, конечно, вы говорите о кинематографических характеристиках, и иногда сюжеты имеют литературное происхождение или художественно-исторические отсылки. На уровне повествования я стараюсь избегать подобных ссылок — мои последние фотографии, возможно, немного суше и аналитичнее.Можно, пожалуй, сказать, что они функционируют, говоря в обществе, как суррогаты физических состояний. Я имею в виду, например, Amazon [2016], картинки с тюльпанами или Les Mées [2016]. Я вижу существенную общность за тем, что изображено. Эта тема кажется лишь предлогом для нашего интереса и озабоченности тем, как устроен мир. Глаз камеры заменяет положение новичка, который задает вопросы миру и не может конструировать вещи, которые якобы самоочевидны.Я имею в виду, например, [вашу фотографию] демонтированного блока двигателя, который несли двое мужчин [2008]. По сравнению с композициями ваших шедевров, он выглядит почти незавершенным, но все же он остается в моей памяти прочно закрепленным в терминах того, о чем я только что говорил. В некотором смысле, возможно, парадоксально хотеть сказать что-то о том, как устроен мир, в то же время настаивая на видимом во всей его ясности и деталях — так сказать, расширении текстовой речи и когнитивного мышления. .Возможно, это звучит очень теоретически, и я скорее отклонился от ваших вопросов, но в конечном итоге это просто чистая радость от просмотра и восхищение им, которое постоянно побуждает нас создавать новые картины.

Я думаю, что мы создали внутреннюю визуальную систему, которая верит в возможность изображения реальности и через нее создания знаний. Мы, наверное, никогда не покинем эту территорию, и сохранение этой традиции не имеет смысла для подрастающего поколения.Или они видят очень мало возможностей унаследовать и развить его, потому что поле уже вспахано и весь предмет, как мы так мило говорим по-немецки, съеден на завтрак. Я полностью согласен с тем, что молодое поколение убедительно разработало другие подходы и спокойно игнорирует такие концепции, как аутентичность. Концепции, которые в определенном смысле кажутся нам священными. На ум приходит Уэйд Гайтон, который открыл новые горизонты своей техникой монтажа и разрушения и убедительно соединяет разные дисциплины.Я думаю, что он — большая фигура, с которой сейчас идентифицируется молодое поколение.

Jw Вы и ваши коллеги, которые были в [Kunstakademie Düsseldorf] с [Берндом и Хиллой Бехер], приняли основную предпосылку, что фотография, какой бы она ни была, была специально основана на процессе описания видимого, о «вещах такими, какие они есть» или, по крайней мере, такими, какими они кажутся. В 80-х и 90-х годах ваши работы обычно рассматривались как отличные от них, как часть нового вида фотографии, но теперь они выглядят гораздо больше как продолжение, «поздняя фаза» классической современной фотографии, возможно, Немецкая современная фотография.

Ag Классические ученики Бехера следовали доктрине Бернда о типологическом разбиении феноменологии видимого мира и изучении предмета, возникающего в результате этого процесса, подобно тому, как ученый анализирует интересующую их область под микроскопом. В качестве инструмента обычно использовалась широкоформатная камера со штативом, которая представляла собой лучшую основу для этого. Общепринятым кредо было: жизнь рассказывает лучшие истории, и нужно просто помочь ей рассказать их. В этом смысле мы не пытались проводить психоанализ, а держались на расстоянии и выбирали такие условия освещения, которые позволяли получить как можно больше информации и богатство деталей.Рабочий метод, который был бы больше ориентирован на интерпретацию и субъективность, не достиг бы цели. Мир должен был появиться таким, какой он есть на самом деле — это было для зрителя, чтобы сделать какие-либо выводы по этому поводу.

Первое поколение дюссельдорфской школы смогло извлечь выгоду из этого подхода и разработать важные индивидуальные художественные концепции. Например, Томас Штрут с его видами улиц и архитектуры, Томас Рафф с его прозаическими архитектурными образами и научно ориентированными изображениями звезд, но в первую очередь с его радикальными портретами.Эти образы придерживаются определенной беспощадности. Наконец Кандида Хёфер создала интерьеры с удивительной легкостью и поэтичностью, которые были зернистыми и не очень резкими, но это не причинило им никакого вреда. Она была единственной, кто работал с малоформатной камерой, показывая, что это можно было сделать и по-другому. Несмотря на это, она ни на один сантиметр не отклонилась от воплощения своего неповторимого интерьера. Иногда она сопровождала отца во время его пребывания в санатории и создавала там совершенно уникальные образы.

Но для второго поколения концепция уже начала рушиться, и кто-то пытался найти новые и неизведанные области, чтобы завоевать их. И Йорга Зассе, и меня можно поставить на пересечении первого и второго поколений. Я сразу увидел, что наши предки уже покрыли большую часть доступной территории и игровое поле становилось все меньше и меньше.

Для начала я положил свой пластинчатый фотоаппарат в подвал и попытал счастья с ручной камерой Plaubel 6 × 7, компромиссом между камерами Leica M и Nikon F2, распространенными в Фолькванг [Folkwang Universität der Künste, где учился Гурски между 1978 и 1981] и Linhofs и Plaubels, которые были обычными в Дюссельдорфской школе.Эта камера создает сносные, четкие изображения, но, что наиболее важно, не требует штатива и позволяет работать более спонтанно, что окажет решающее влияние на мой визуальный язык. Бернд проворчал, что да, в этих ранних пейзажах есть что-то определенное, но если бы я использовал широкоформатную камеру, они были бы намного резче, то есть лучше. Я не чувствовал, что Бернд понимал меня достаточно в течение этого периода и больше слушал Каспера Кенига, который назвал эти фотографии «воскресными картинами».

Оглядываясь назад, я могу сказать, что влияние Бехеров было для меня совершенно плодотворным, но это не было единственной основой моей художественной позиции, которую я занимаю сегодня. Вероятно, это как-то связано со структурой моей личности, что я могу позволить сосуществовать очень разным, иногда противоречащим архетипам и влияниям, не противореча друг другу.

Если не указано иное, иллюстрация © Андреас Гурски / DACS, 2018; интервью опубликовано полностью в Андреас Гурски (Hayward Gallery Publishing, 2018)

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *